Книга Черный Маг Императора 27, страница 86 – Александр Герда

Как только я закончил разговор с Нарышкиным, тот тут же набрал Черткова в надежде, что мой наставник еще не успел уехать из школы. Если княжич в Белозерске, то не вижу смысла торчать в «Китеже». Тем более, что я вообще планировал здесь остаться на ночь из-за Лешки.

В тот момент, когда я его набрал, Александр Григорьевич как раз ужинал. Я сообщил ему о том, что если он не передумал ехать в Белозерск, то с удовольствием составлю ему компанию. В отличие от ветренного Нарышкина, у которого было семь пятниц на неделе, старик был тверд в своем намерении попасть сегодня в Белозерск и от моей компании не отказался.

В город мы ехали на машине, парочка которых были закреплены за «Китежем». Вообще-то, они были предназначены для служебного пользования, поэтому я был немного удивлен, когда в ответ на мое предложение такси Чертков сказал, что этого не требуется. Оказывается, у Александра Григорьевича были особые привилегии.

Я впервые оказался в одной из школьных машин, которые ученики из-за фиолетового цвета называли баклажанами. По правде говоря, они и на вид были немного похожи. Старые, пузатые универсалы, которым было уже лет по сорок, каким-то чудом еще ездили и не ломались. Видимо из принципа.

В той машине, в которой мы ехали, был немного странный запах. Пахло всем и сразу. Сложный запах компонентов, который мог здесь остаться от Щекина, неприятный гнилостный запашок подземного царства Терлецкого и вот еще аромат пиона, который явно исходил от моего наставника.

Что касается всего остального, то машина была просто класс! Удобные кожаные сидения, места внутри — хоть конем ходи. В общем, не хуже, чем в Лешкином лимузине, а может быть, даже и лучше.

Несколько минут мы ехали молча. Затем в какой-то момент Чертков неожиданно для меня наклонился вперед и закрыл перегородку, которая отделяла нас от водителя.

— Чем занимался в Москве? — неожиданно спросил он, поставив меня своим вопросом в тупик. — Я имею в виду, кроме того, что болтался по ночам непонятно где и не давал спать Голицыну.

После этих слов у меня как-то сам собой раскрылся рот от удивления. Выходит, наставник знает о том, что вся эта Московская шумиха дело наших рук с Нарышкиным? Как-то несерьезно это со стороны Дракона. Сам же просил о повышенной секретности!

— Не смотри на меня как карась на берегу, — сказал старик. — Знать о том, что с тобой происходит — это одно из условий наших с Романовым договоренностей. Я учу тебя особому Дару, а не каким-нибудь идиотским предсказаниям, так что должен знать все о твоей жизни. По крайней мере то, что мне знать полагается. В данном случае речь шла о том, чтобы я лишний раз подумал о твоей безопасности, если это потребуется.

— В каком смысле? — не понял я, что именно хочет мне сказать старик.

Каким образом он может об этом позаботиться? Честно говоря, телохранитель из него так себе.

— В том, чтобы знать фамилии твоих возможных врагов, — ответил он. — Надеюсь, мне эта информация не понадобится, но знать кто они — я обязан. Придурки вроде Лизуновых меня не особо интересуют, но что касается смертельно опасных врагов… Эта информация для меня важна. Так случилось, что с некоторых пор ты стал частью моей жизни, а я твоей. Более того… С тобой связана моя судьба.

Он дал мне немного времени обдумать его слова, а затем ткнул меня Модестом в плечо.