Книга Водный мир. Конкиста, страница 124 – Александр Быченин

— Евгений Викторович! Отзовитесь! Это я, Ваня!

Не-а. Никакой реакции. Возможно, звуковые колебания не передаются средой, заключённой внутри «пузыря». Хотя с чего бы, если это обыкновенный воздух, пусть и довольно грязный? В смысле, с целым набором микроскопических примесей, и далеко не все из них полезны для здоровья? Насколько я успел уяснить, в запертых объёмах пространства ПВ все стандартные физические законы нашей Вселенной вполне себе действуют. А значит… скорее всего, сами стенки «пузырей» вибрации сглаживают. Хм… попробовать «пузырь» превратить в колебательный контур? Это вполне возможно, всего-то и нужно, что руку приложить, да создать направленную звуковую волну… есть! Вроде работает. По крайней мере, заколебалась не только стенка моего «пузыря», но и соседнего тоже. Вот только профессор на это возмущение среды снова никак не среагировал. Отсюда вывод: либо возмущение слишком слабое, либо сам Евгений Викторович в слишком глубокой «отключке». Ладно, делать нечего. Раз не получается докричаться снаружи — в прямом, что характерно, смысле слова — попробуем изнутри. Хотя идея была красивая. Жаль, что не сработала.

Тэ-э-эк-с… «псевдосамадхи», значится… в позу «лотоса» усаживаться не буду, ибо незачем, просто приму максимально расслабленную позу… ага, «звездой». И фиг с ним, что вдоль оси закрутило, если не цепляться взглядом за ориентиры, то и нормально, движение не ощущается. Зато можно дышать максимально глубоко и медленно, позволив мыслям «скользить» по каким-то обрывкам воспоминаний, потом по смутным ощущениям… а затем я сдуру скосил взгляд на нагрудные бронепластины, и «провалился» в «слезу»…

Вернее, почти «провалился»: какая-то неведомая сила удержала меня на своеобразной границе, отчего я сначала завис в нигде и ничто, а потом плавно скользнул в знакомую по замуту с картахенскими сектантами «дополнительную реальность». Не «дополненную», заметьте, а именно в «дополнительную». Дежавю такое дежавю, скажу я вам! Всё, как в прошлый раз — всё тот же фьюжн из «псевдосамадхи» и средних настроек «калибровки» с «сепией», «ватой» в ушах и покалыванием в кончиках пальцев, вот только ощущения реального мира нет. Скорее всего по причине его, реального мира, то бишь, отсутствия. Зато светящаяся «паутина» с яркими точками в местах пересечения нитей на месте. И точно такой же отчётливый зов:

— Ваня! Ваня, мальчик мой!..

Хм… и почему я не удивлён? Впрочем, негоже заставлять бедного профессора Эйгена ждать, он уже и без того натерпелся.

— Да, Евгений Викторович! Это я! — произнёс я вслух, поскольку ничего более толкового не придумал. Да и в прошлый раз сработало, так что к чему плодить сущности? — Вы меня слышите?

— Слышу тебя, Ваня! Очень хорошо слышу!

А ведь он очень рад, если судить по голосу! Типа, созрел для эвакуации? Или снова начнёт вешать мне лапшу на уши насчёт великой миссии и ценности полученных сведений для науки? Этот, кстати, может. Тот ещё фанат своего дела!

— А видите? — помахал я рукой.

— Нет… — растерянно отозвался проф. — А должен?

— Ну, как вам сказать… — замялся я, — если честно, я сейчас в соседней от вас сфере. В «грозди» на входе в жерло «воронки», если вы понимаете, о чём я.

— Как ни странно, понимаю, — облегчённо выдохнул Эйген. И сразу же сник: — Так ты тоже… в ловушке?! И тебя Агуэй облапошил?