Книга Э(П)РОН-6, страница 57 – Александр Быченин

Между тем модель яхты на экране с каждой минутой обрастала всё большим количеством подробностей, по максимуму сближаясь с оригиналом, а в один прекрасный момент и вовсе уступила месту «живому» изображению с камеры. Понятно, что в детализации картинка сразу же изрядно просела, но этот недостаток постепенно нивелировался. А меня всё сильнее мучило дежавю: нечто такое я видел, когда «поднял» из подпространства родительскую яхту, «Аделаиду». Было что-то общее в обводах, да и свет газового гиганта отражался от обшивки очень своеобразно…

— Обнаружены повреждения внешнего корпуса, капитан Заварзин, — огорошил вдруг Кумо. — Увеличить изображение?

— М-мать! Давай, конечно! — не сдержав эмоций, рыкнул я. — Какого рода повреждения, выяснил?

— Следы механического взаимодействия малоразмерных высокоскоростных объектов.

А ведь я чего-то такого подспудно и ожидал, если честно. Только даже самому себе не признавался, чтобы не сглазить. И хрен ли толку, если вот они, дыры от «дроби»? Очень знакомые следы, очень. И аналогия с «Аделаидой», выходит, куда глубже, чем я мог предположить. Плюс ещё одна, с «Ледяной красоткой» леди Рокуэлл. Разве что «Марию-Антуанетту» расстреливали из гаусс-пушек гораздо аккуратнее. Не просто сыпанули очередями, куда бог пошлёт, а изрешетили конкретно дюзы маршевых движков. По факту, превратили их в рваные лохмотья, оставив в неприкосновенности собственно агрегаты. Но и этого с лихвой хватило — при первой же попытке куда-то сдвинуться не миновать взрывов силовых установок. А там и реактор может сдетонировать. Очень ловко, кстати. Прыжковый двигатель не повреждён, экраны в целости и сохранности, риска «затонуть» никакого. Герметичность корпуса сохранена, все системы жизнеобеспечения в норме. То есть по факту для экипажа никакого риска, правда, только на очень небольшой срок — пока запасы провизии и воды не закончатся. И здравствуй, голодная смерть, потому что до цивилизованных мест добраться никак не получится: в прыжок без разгона не уйдёшь, а без маршевых движков не разгонишься. Остаётся только взывать о помощи… что, впрочем, тоже вариант. Так сказать, на самый крайний случай. И все эти обстоятельства вкупе тоже играли в пользу моей теории о третьей силе и посредничестве Антона. Потому что нафига, и, главное, зачем так извращаться? Что ж, кто предупреждён, тот вооружён…

— Лёх, ты это видишь?

— Вижу, Борисыч. Вижу.

— И что скажешь?

— Работаем по плану, что же ещё? — хмыкнул я. — Может, сам соображениями поделишься? С профессиональной точки зрения, а?

— Э-э-э… а чё сказать-то? — задумался механик «Спрута». — Аккуратно сработали, качественно. Вряд ли собирались уничтожать. Скорее, намеревались взять ценные трофеи.

— Угу. Антона с Машкой.

— Тебе видней, Лёх, — не стал спорить Борисыч. — И знаешь что ещё? Пожалуй, обстреляли их уже в дрейфе, когда они за спутником спрятались. То есть всяко не на встречных расходящихся курсах, и не на скорости. Поэтому так аккуратно и вышло.

— То есть некто себя обезопасил, — заключил я. — Вот только от чего именно? Опасался слежки, или не хотел, чтобы Машка из системы свалила?

— А если всё сразу, Лёх?

— Очень может быть, — задумчиво протянул я. — Очень может быть… и это обнадёживает, знаешь ли.

— Всё равно, осторожнее там.