Онлайн книга «Э(П)РОН-5»
|
М-мать! Переоценил я свои силы, однозначно. Ко всем прелестям сотряса еще и боль по всему телу присоединилась — и в рёбрах, и в брюхе, и в ноге… разве что правая рука не беспокоит. Если честно, я её вообще не чувствую… блокада нервных окончаний, что ли? И не разглядеть ничего под повязкой… чую, не избежать мне встречи с чудодейственной слизью, когда на «Спрут» вернусь. Но до этого счастливого момента ещё дотерпеть как-то нужно. Не хотелось бы на таблетках несколько суток сидеть, сейчас такой период стрёмный, что голова должна быть ясной. Судя по всему, свадебные торжества завершились, и основное веселье я благополучно пропустил. Интересно, что сейчас на «Новгороде Великом» творится? Чёрт… как сказал бы Кумо, недостаточно данных для анализа. Та-а-ак, явно дверь хлопнула. Никак дежурный медик сподобился?.. — Заварзин!!! Ты моральный урод!!! О, господи! Ну за что мне это? Чуть обратно не рухнул. Ну вот нафига так пугать? Впрочем, падения я избежал во многом благодаря Лизке — она, вопреки собственным словам, мгновенно оказалась возле лежака и буквально в меня вцепилась, облапив и положив голову на плечо. И как-то подозрительно задёргалась… — Лиз?.. Эй, ну-ка, не реви! — Не реву… — Ревёшь. — Не реву-у-у… — Ну всё, всё, успокаивайся… вот он я, живой… — Но нифига не здоровый!!! — Лизка чуть от меня отстранилась и схватила за грудки, благо куцая больничная пижама с запахом на спине вполне это позволяла. — Ты совсем охренел такое творить?! Ты о детях подумал?! Ты обо мне подумал?! — Да только о вас и думал, блин! — отгавкнулся я и страдальчески скривился — теперь ещё и мигрень навалилась. — Лиз, всё, успокойся. Всё кончилось. — Дурак! — Ага. — Дебил!!! — Ну… не без этого… эй, не реви! — Не реву!.. — Ревёшь. — Не реву-у-у-у… В общем, кое-как успокоил. Минут через десять примерно. А потом явился долгожданный медик, и Лизке волей-неволей пришлось взять себя в руки. Впрочем, долго он нас своим присутствием не обременял: посветил мне в глаз фонариком, сверил показания на кардиографе и собственном «нейре», да и был таков. Разве что покивал довольно на мой вопросительный взгляд, мол, нормально всё, отдыхайте дальше, дорогой товарищ Алекс. Опять же, стул Лизке принёс, за что ему отдельное большое спасибо. Чуть ли не силой усадив благоверную, я снова принял лежачее положение, разве что чуть подрегулировал наклон лежака, чтобы удобнее было на Лизку смотреть, и велел: — Рассказывай. — Что? — вскинулась та. — Как всё прошло. Надеюсь, больше никто в драку не полез? — Э-э-э… ну-у-у-у… — Оп-па! Лизка! В глаза мне смотреть! Ну! — Чего?! — с вызовом уставилась на меня супружница. — А это чего у тебя на губе? Ссадина?! Лизка машинально дотронулась до повреждённого места и скривилась от боли. — Ну и с кем сцепилась? — С тёткой Никой. — Нахрена?! — изумился я. — Не, а чего она?! Я к тебе хотела… — Так, с этого места поподробней… она тебя ко мне не пускала? — Ну! — А когда? Ну, до того, как я вырубился, или после? — До… Хм… повезло, получается, что любящая тётушка вовремя вмешалась. А то бы ещё пришлось перед всем честным народом разборки со второй половиной устраивать. Надо будет ей цветы послать, что ли… — Сильно подрались? — Нет. — Ли-и-из! — Она меня вырубила. — То есть ты ничего не видела? |