Книга Э(П)РОН-3, страница 125 – Александр Быченин

— Бедненький! — без тени раскаяния посочувствовала Бетти. — Давай, поцелую. Где болит?

— Не-не-не… не сюда… ниже…

— Дурак! Нашел время!

— Для тебя — всегда.

— Ум-м-м… я запомню.

— Лучше на видео запиши.

— Уже. Теперь не отвертишься.

— Как там Алекс-младший?

— Спит, чего ему? Рин-тян «колыбельную» включила, и никаких проблем.

— А не слишком ли часто ему по мозгам гексовской «музыкой» ездим? Не отразится… на развитии?

— Скорее папашина наследственность скажется! — рассмеялась Лизка. — Наоборот, растет спокойным и уравновешенным. В отличие от. Да и не злоупотребляю я, полчаса назад уложила. А до того с Рин-тян игрались…

— С гексовскими приблудами? В гексовском виртуале?

— А ты что-то имеешь против?

— Не то, чтобы… но, знаешь, не хотелось бы, чтобы из него копия Рин-тян получилась со временем.

— Это вряд ли. Рин-тян говорит, что «Спрут» его совсем иначе ощущает. И взаимодействует на каком-то другом уровне.

— Этого еще не хватало!

— Что?! — всполошилась благоверная.

— Прикинь, если мы новый симбиоз получим? Ладно, если как Рин-тян. А если зависимость будет более сильной? Если он вообще со «Спрута» выходить не сможет? Будет этакий новый «Летучий голландец» и его капитан, привязанный к кораблю-призраку!

— Не пугай меня так.

— Ну а ты мозг включай периодически. Где твоя материнская чуйка?

— Атрофировалась за ненадобностью! — огрызнулась Бетти. — Ты ее своей отцовской задавил. Хотя… есть в твоих словах рациональное зерно.

— Да неужели?! Надо запомнить этот день. А лучше записать.

— Не ерничай! В общем, ты заставил меня задуматься. Надо больше времени проводить с ребенком. И тебя это тоже касается!

— Сама знаешь, как у меня со временем.

— Не катит. Ты сам себя грузишь, чтобы задавить работой тягу к авантюрам.

— Рин-сан проболтался?

— Нет, Борисыч.

— А он-то с чего взял?! Я ему ничего такого не говорил!

— Да это и так за парсек видно! — засмеялась Лиза. — Все, дорогой, с этого дня рабочее время — не более восьми часов в сутки. Я прослежу. И жить будешь с нами, на «Спруте», а не в «Сломанном дроиде».

— И кто же меня заставит?

— А ты как думаешь?..

Н-да… уела.

— А разве кэп не собирается за «трофеями»? — сделал я робкую попытку отбрехаться.

— А зачем ему? Он теперь весь в шоколаде — и на зарплате, и партнер по бизнесу. Денег капает больше, чем он может потратить.

— И откуда же, интересно? У меня вот, наоборот, деньги сквозь пальцы утекают… хотя я тоже партнер по бизнесу.

— Это вы между собой разбирайтесь. А я все сказала! С сегодняшнего дня ночуешь строго на «Спруте», в моей каюте.

— А младший нам не помешает?

— Нет, я перепланировку сделала. Вернее, Рин-тян по моей просьбе.

Какая продуманная… ну и ладно. Как будто я изначально не понимал, что чем-то таким и закончится… просто рассчитывал, что чуть позже. С другой стороны, я даже рад. За те три недели, что миновали с момента разборки с подполковником Крамским, я уже весь извелся от безделья. А вы как думали? Капитан Рин воплотил свою угрозу в жизнь, и заговорщики — сам Рин, Деррик и Степаныч — попросту задвинули меня на второй план. Я бы даже сказал, изолировали от мелких бытовых проблем, оставив право на стратегическое планирование. А поскольку как раз со стратегией мы уже очень давно определились, то мне оставалось лишь изнывать от скуки. Сначала это дело замотивировали необходимостью оправиться от ран — трое суток в слизи не панацея, отголоски до сих пор ощущались, особенно в правом колене — а потом прикрылись заботой о моей безопасности. Так и получилось, что я торчал на Картахене, пока обе обученные команды — Краузе и Вайса — занимались настоящим делом. Один резвился во владениях Завьяловых, а второй с головой окунулся в откровенный грабеж дядькиных недругов. Собственно, как мы с Германом Романовичем и планировали. Ценкер же на «Латнике» мотался по ближайшим окрестностям станции в поисках подходящих локаций для стоянок, а заодно занимался слаживанием экипажа да утрясал дрязги между гражданскими (и особенно бабами — женами наших техников) и военными. Вроде бы неплохо справлялся, судя по отзывам Степаныча. Рин сибаритствовал, изредка отвлекаясь на забавы с наемниками — теми, что должны были выполнять полицейские функции. И, что характерно, выполняли. Он же на постоянной основе взаимодействовал с Владом Пахомовым. Ну а Степаныч с головой ушел в коммерцию — вернее, спекуляции на бирже. На нем же висели связи с общественностью, и особенно формирование положительного имиджа корпорации. Про Деррика вообще молчу, на нем вся Картахена держалась, по факту. Короче, все были при деле, и только я один как группа НКПР — не пришей к одному месту рукав. Выход нашелся, но совсем не там, где я предполагал — спасибо Борисычу. Он, заметив, как я маюсь дурью, с присущей ему прямотой высказал мне прямо в глаза, где он видел бездельников и на чем именно их вертел. Я немного прифигел от такого наезда, но решил выяснить, с чего бы? Оказалось просто: механик зашивался с гексовскими генераторами. Этими приблудами мы по сложившейся традиции занимались на станции, в специально выделенной под мастерскую… хотя нет, тут больше подходит слово «лаборатория». Так вот, Деррик выделил нам помещение под лабораторию в техническом секторе, правда, на самом нижнем уровне, где в большинстве своем располагались мусорки. Да-да, типа той, в которой я выяснял отношения с Крамским. В общем, Борисыч зашивался. Из Лизки, как выяснилось, помощница та еще — то и дело отвлекалась на Алекса-младшего и Рин-тян. Не совсем филонила, но и сроки далеко не всегда выдерживала. А генераторов требовалось много — Степаныч по секрету поведал механику, что на каждый «спасатель» нужен как минимум двойной запас понтонов, потому как те самые натуральные расходники. Я возмутился, но Борисыч резонно возразил, что как раз по результатам моей деятельности Степаныч и пришел к такому выводу.