Книга Оружейники I, страница 301 – Александр Быченин

Нервный хохот пленника наконец-то стих, и Рэй снова взяла беседу в свои руки:

— Не дождешься, тварь. Обычная смерть для тебя слишком легкое наказание. Но и мараться не хочется….

Рэй задумчиво нахмурилась, скользнула по мне безразличным взглядом, и вдруг застыла, озаренная удачной идеей.

— Кан, развяжи ему руки.

Я тут что-то про удачную идею нес? Забудьте.

— А теперь слушай сюда! – Рэй уставилась потирающему запястья пленнику в глаза. – Я не буду тебя убивать. Я не буду тебя пытать физически. Но и отпустить просто так не могу – кровь моих друзей требует отмщения. Поэтому я дам тебе надежду.

Пафос, пафос, сколько пафоса! Куда я попал, с кем я связался?..

Аракава притих, пожирая глазами мучительницу. Впрочем, для такого поведения была еще одна веская причина – опасная близость края платформы, буквально в шаговой доступности. Одно неверное движение, и аллес.

— Ты знаешь, кто я, – продолжила Рэй, – так что не будем тут уповать на некие божественные силы. Вся моя природа противится этому. Но я знаю, что такое законы вероятности. И сейчас мы посмотрим на них в действии. Хотя ты можешь считать их Роком. Или фатумом, на твое усмотрение. Понимаешь меня?

Судя по несколько обалделому виду пленника, смысл сказанного доходил до него с трудом. С другой стороны, орать и угрожать всяким перестал, что радовало.

— Что ты хочешь, «цифра»?

— А ты до сих пор не понял? – иронично сморщила лоб Рэй. – Прыгай. Выживешь – твое счастье. Нет – значит, мои люди будут отмщены.

— Издеваешься?! – рыкнул Аракава. – У меня нет ни единого шанса!

— Значит, вероятности считать умеешь, – удовлетворенно хмыкнула Рэй. – Что ж… тогда вот тебе другой вариант. Пройди одного из моих помощников, и ты свободен.

Глаза Аракавы вспыхнули безумной надеждой – мне даже не пришлось особо напрягать зрение, чтобы это заметить – но тут же погасли, едва он наткнулся взглядом на массивную фигуру Кана.

— Что? – недовольно буркнула Рэй. – Опять не устраивает? Ладно, тогда пройди… его!

Указательный палец клятой девицы уставился мне в грудь, и пленник в то же мгновение сорвался с места. Я подавился негодующим воплем, одновременно пытаясь сообразить, как реагировать на этот фортель, но рефлексы оказались быстрее – справляться с такими вот «напрыгами» я научился в далекой юности, в первый же год реальных спаррингов. И сейчас действовал по проверенной методике: встретил прыгуна левым фронт-киком в живот, который сразу же перевел в хлесткий хай-кик. А затем, отскочив, несколько долгих мгновений простоял, раскорячившись с занесенным бедром, и наблюдая за падением бесчувственного тела.

Связка прекрасно себя зарекомендовала как в учебных поединках, так и в «сражениях» на виртуальных аренах – чувствительный тычок в область живота или солнечного сплетения обычно отрезвлял даже самых горячих парней, а удар в голову заставлял переключиться на защиту и потерять напор. Я же перехватывал инициативу и начинал теснить незадачливого оппонента, прорываясь в ближний бой. Сейчас подразумевалось примерно то же, но два обстоятельства – низкая, как и говорила Рэй, выучка пленника и родные «туристы» – сыграли со мной злую шутку. Аракава совершенно для меня неожиданно пропустил обе атаки, при этом увесистый ботинок превратил относительно легкий «щелчок», больше похожий на маваси-гери, чем на тайский высокий удар, в нокаутирующую плюху. И все бы ничего, вот только сознание вылетело из тела, как пробка из бутылки шампанского. И, как это часто бывает при таком исходе стычки, траектория падения тушки оказалась непредсказуемой – бесчувственный пленник сделал на подламывающихся ногах пару шагов в сторону и чуть назад, а потом завалился сломанной куклой, наткнувшись боком на некстати подвернувшийся остаток поручня. Крутнулся вокруг оси, и канул в непроглядную тьму под платформой.