Книга Там, на островах, страница 91 – Александр Быченин

Ладно! Мистика мистикой, но ответственности за материальное обеспечение с меня никто не снимал. А, стало быть, теперь надо толику внимания и «Стрижу» уделить. Благо с пилотом воспитательную работу я уже провёл, хе-хе!..

Стоит ли говорить, что в финальном заезде Витор вынес соперника в одну калитку? Пожалуй, стоит. Потому что сомнения всё-таки были, и особенно у меня. Как-никак, первое применение инновационного устройства в боевых условиях! И если на человеческий фактор в лице пилота я, как сумел, повлиял, то касательно катера гарантировать не мог абсолютно ничего. По той простой причине, что малейший скрытый дефект способен привести к самым печальным последствиям. Кавитация, усталостная микротрещина, повышенная вибрация, или, не дай бог, авторезонанс — и привет! Но «Стриж» испытание выдержал с честью. А потом отправился на заслуженный отдых, поскольку на сегодня его работа закончилась — как я уже упоминал, в гараж катер дотащим на буксире. Можно бы и своим ходом, но… на фиг, на фиг! Вот когда сделаю выдвижной вариант, вот тогда и перестанем заморачиваться. Опять же, опыт последующей эксплуатации наверняка покажет, кто и где именно накосячил. И особенно я при расчетах. Да и вообще, не дело это, в день первого же триумфа прилюдно облажаться. А ну как посреди обратной дороги крыло отломится? Или аккум сдохнет? И что тогда? А я вам скажу, что — позора не оберёшься. Мне-то пофиг, а вот для Витора это будет смертельный удар по репутации. Ему и без того ещё сегодня самое сложное испытание предстоит — медными трубами. Церемония награждения, общение с соперниками и поклонниками — как старыми, так и вновь обретёнными — и всякое такое прочее. Ну и вишенкой на торте абсолютно неизбежные тёрки с представителями команд-конкурентов на тему правомерности применения спецсредств, не предусмотренных регламентом соревнований. Это я из своего собственного опыта могу смело утверждать. Тут, кстати, вся надежда на Монти, потому что авторитет Карлоса среди местных горячих парней не настолько велик, чтобы заткнуть оных при первых же признаках недовольства. Вряд ли их убедит тот довод, что правила именно Карлос разрабатывал, и он же задекларировал в них классическую презумпцию невиновности в приложении к гонкам на катерах: всё, что не запрещено, разрешено. Наверняка кто-нибудь вякнет, что Карлос лицо заинтересованное, и вообще, ему всё можно. Остаётся только надеяться, что эмоциональные дебаты не перерастут в откровенный обмен оскорблениями, а тот — в полноценный мордобой. Оно, понятно, очень весело, но несколько, кхм, неконструктивно…

И ведь, судя по кислой роже, Карлос примерно о том же думал! И не только он — Бенита тоже подозрительно притихла, как только передала Флавии эстафету в чествовании победителя. Собственно, единственный, кто никаких сомнений не выказал, как раз Монти и есть. Так что я не придумал ничего лучше, как целиком и полностью на него положиться. Ну а чего? Долг платежом красен! Он в меня верит, ну а я, стало быть, в него. И потому преспокойно указал на неугомонного начальничка Карлосу, когда тот случайно пересёкся со мной взглядом:

— Не грузись, амиго! Доверься профессионалу!

— Это ему-то? — усомнился Карлос, нисколько не постеснявшись оного профессионала.