Книга Там, на островах, страница 177 – Александр Быченин

В отличие от внешнего купола, на этот раз я даже лёгкого дуновения не ощутил… ровно до тех пор, пока не приземлился на пятую точку аккурат в голограмме Олокуна. И застыл, парализованный, в отменно неудобной позе — такое чувство, что меня насквозь пронзил электрический разряд, сковавший все мышцы уколами в нервные окончания. Впрочем, всё, что происходило вне активной зоны, я по-прежнему видел — в этом отношении приземлился удачно. А тело Олокуна преградой не стало вовсе, он был ещё менее плотным, чем призраки-Эшу. Говорю же, голограмма! Из материального только я сам, да всё, что на мне… включая артефакт в левом кармане. И да, ещё тоненькая фиолетовая нить от него до левой задней лапы Эшу Урсу. К чему такие подробности? Да бог знает! От волнения, видимо. А повод для такового имелся железный: прямо у меня на глазах Эшу Арунья при полнейшем попустительстве местре Аруньи… расправлялся с моим фамильяром! Пригвоздил вытянувшейся лапой с материализованным кончиком мэров амулет к неньютоновской жидкости цирка, и рвал остальными Эшу Урсу в клочья! Семью лапами из восьми, потому что теперь он даже не опирался на землю, а целиком рос из чёток капитана Секейры. Который, в свою очередь, так и стоял в эшкива де кадейра, разве что поддерживал левой рукой правую под локоть.

Надо отдать Эшу Урсу должное — он сопротивлялся. И сопротивлялся отчаянно, оглашая окрестности громогласным рёвом. Вернее, мне он казался таковым, хотя на самом деле вопли являлись исключительно плодом моего воображения. Почему я так решил? Да потому что барабанные перепонки у меня до сих пор целые, и кровь из ушей не льётся. Но приятного всё равно мало. Впрочем, как и местре Арунье — у того тоже рожа перекошена. По большей части, конечно, от напряжения, но и от долбящего по мозгам воя. Но силы, как я очень быстро убедился, были неравными. Вернее, моему фамильяру не хватило боевого опыта, потому что он довольно быстро совершил фатальную ошибку — утончил имевшиеся лапы, чтобы отрастить дополнительные. Каковых и лишился в скором времени, поскольку те не выдерживали секущих ударов призрачного хитина. Плюс, как ни крути, Эшу Арунья у нас авторизован в системе, и имеет все права, а Эшу Урсу — всего лишь неопознанный драйвер неопознанного периферийного устройства… поэтому я и не особо удивился, когда Эшу Арунья принялся подпитываться прямиком от силового купола. А ещё немного позже в моего фамильяра начали вцепляться проросшие из неньютоновской жидкости щупальца — эти вполне материальные, чем вновь навели меня на мысли о «мускусе» и титановых опилках. Итог, как в таких случаях обычно и бывает, оказался немного предсказуемым: расчленяемый Эшу Урсу терял в «массе» и «объёме», «худел» прямо на глазах, истончался и вытягивался. И чем дальше заходил этот процесс, тем легче Эшу Арунья откусывал от него всё новые и новые куски, каковые либо поглощал, интегрируя в собственное тело, либо расшвыривал в стороны, и они впитывались частично в цирк, а частично в купол.

А потом в один далеко не прекрасный момент Эшу Урсу лопнул, что твой надувной шарик. Или, скорее, мыльный пузырь. Последние ошмётки хлестанули по цирку, куполу, активной зоне, местре Арунье с фамильяром, и даже по мне (укол в бедро под левым карманом)… и под куполом воцарилась оглушающая тишина. Хотя нет, вру — дышать я не забывал, да и кровь в ушах колотилась тревожным набатом. Вопросы, вопросы, вопросы… и ни единого ответа! Реально всё закончилось, или будет как в дешёвом боевике категории «Б», когда уже, казалось бы, упокоенный супостат внезапно оживает или вовсе неожиданно выпрыгивает из-за угла или откуда-нибудь из-под потолка, как мой Сигизмунд любит? А может, сейчас Олокун вмешается? Зря, что ли, он здесь? И так внимательно пялится на происходящее? Хотя нет, это я пялюсь, а голограмме вообще на всё фиолетово… не то, что мне! Того и гляди, затрясёт от нервов!