Онлайн книга «Концессия»
|
Раздавшийся вдруг подозрительно знакомый треск заставил меня подпрыгнуть от неожиданности — с фига ли вдруг? Это же явно электрический разряд, только слишком мощный для статики. А откуда тут другой возьмётся? Или гроза налетела, пока я в объятиях слизняков прохлаждаюсь? Оп! Ещё раз! И снова… но озоном не пахнет, что странно. Если бы молнии в одно и то же место шарашили (что само по себе нонсенс), я бы это почуял… или нет? Вонь-то в фургоне стоит знатная: и останки Джонни, и его же кровь, и тряпка горелая… да я даже специфического запаха слизняка не почувствовал, какой тут озон! Короче, принимаем версию с грозой и молниями. Мне так просто думать приятно. Между тем шорох «шерстинок» явно изменил тональность и стал больше похож на звук осыпающегося песка. А ещё через несколько мгновений слабым ветерком потянуло. Почуял я его на контрасте, поскольку до того движение воздуха отсутствовало напрочь. Вот что электричество чудотворное делает! Электричество… м-мать! Торопливо подхватив почти погасший факел, я чуток им помахал, чтобы пламя вновь занялось, и шагнул к дверям, выставив перед собой свой ненадёжный источник света. Картина, представшая пред моим взором, заставила облегчённо выдохнуть: слизень исчез. И впрямь осыпался, оставив после себя слой «шерстинок» толщиной, может, сантиметров в пять. Но это не точно. Я пустил суровую мужскую слезу и глухо ругнулся, а вслед за этим до моего слуха донеслись голоса. Сказать, что я был шокирован — это ничего не сказать. Впрочем, приобретённый опыт, во многом за счёт суровых звездюлей, заставил притаиться, отступив в глубь фургона, и прислушаться повнимательней. Как вскоре выяснилось, переговаривались двое. Судя по голосам, молодые парни. Разговор шёл на интере. Вернее, не разговор, а деловитый обмен информацией вкупе с указаниями, типа «заходи с той стороны», «цепляй» и даже «смотри, сыпешь». У меня возникло странное ощущение, что неведомые гости занимались давно знакомым делом, в котором у них имелся обширный опыт. И какого-либо нападения парни не опасались. М-мать, самому бы теперь не спугнуть… видок у меня ещё тот: вымазан, как чёрт, в одной руке факел-мачете, а в другой пованивающий тухлецой пистолет в обрамлении мёртвых пальцев. Да я бы при виде этакого чуда сначала пальнул, желательно не для острастки, а строго в жбан, и только потом начал бы разбираться, кто это. Значит, выскакивать, как чёртик из табакерки, ни к чему. Надо предварительно почву подготовить, так сказать. Как? Методом вербальной коммуникации, как же ещё? Только сначала распластаться по полу, чтобы «гостинцы» поверху прошли, если визитёры откроют пальбу. Да и потом в случае чего можно будет просто соскользнуть на землю, укрывшись под остовом грузовика. Н-да… что-то я веру в ближнего за сегодняшний день изрядно поутратил… — Эй!.. — вполголоса позвал я, но, не достигнув результата, чуть повысил громкость: — Эй! Вы кто?! Обмен репликами снаружи мгновенно затих. Прислушиваются, что ли? — Эй, я здесь, в фургоне! Я не буду… — хотел было ляпнуть «стрелять», но вовремя спохватился: — Эй, я не опасен! Меня тут чуть не сожрали! Я из конвоя, ремонтник! Меня корпы бросили! — Фига себе, — изумлённо выдохнул один из гостей. — Чувак, ты как туда попал?! Мы почти три часа здесь отирались, но тебя не видели! Откуда ты вообще взялся, с-ка?! |