Книга Концессия, страница 45 – Александр Быченин

— Ударные виды в основном.

— Заметно, — подмигнул мне Галлахер. — Удар у тебя неплохо поставлен. Ты контр-панчер?

— Да, предпочитаю именно эту манеру ведения боя, сэр.

— Я это понял ещё вчера в додзё, — снова вернулся в беседу Игараси-сама. — У тебя отличная реакция и великолепное чувство дистанции. Но реализуешь ты эти качества очень топорно.

— Один мой тренер по боксу называл это «рациональностью», — огрызнулся я.

Мы ушли уже довольно далеко от мастерской, но шаг не замедляли и нигде надолго не задерживались — петляли между мусором и останками техники, то и дело меняя направление движения. К чему это всё — убейте, не пойму.

— Возможно, — не стал спорить Игараси. — Но рациональность не равна истинному мастерству. Я бы предложил тебе присоединиться к клубу, но… кэндо тебе не подойдёт. Пожалуй, я не против позаниматься с тобой индивидуально, Генри-кун. С ударной техникой у тебя полный порядок, но бросково-болевую нужно подтянуть. В наших специфических условиях болевые зачастую эффективней оплеух. И следов не оставляют, если, конечно, потерпевший вовремя осознал свои заблуждения.

— Было бы что подтягивать, — вздохнул я. — Базы вообще ноль.

— Тем лучше! — объявил Игараси. — Не придётся переучивать. Заодно и с психикой твоей поработаем.

— А что с ней не так? — вскинулся я. — С психикой, в смысле?

— В том-то и дело, что пока всё очень хорошо, — вздохнул мой босс. — Но опыт мне подсказывает, что ситуацию на самотёк пускать не следует. Человек существо по сути своей хаотическое, а главная характеристика хаоса есть что? Правильно! Энтропия. Движение от лучшего к худшему, но никак не наоборот. И особенно здесь, на Роксане.

— Да что не так с Роксаной?! — чуть ли не взвыл я. — Мне ещё с орбиты по ушам ездят, что внизу исключительно психи, готовые первого встречного на лоскуты порвать! Но что-то я таких до сих пор не встретил!

— А как же троица рекрутов? — хмыкнул Мик. — Не похожи они на добрых самаритян.

— Обычный рабочий момент! Знакомство, взаимная притирка. В какой-то степени иерархическая разборка.

— Вот! Ты кое-что уже начинаешь понимать, Генри-кун! Теперь бы не упустить момент, иначе ты в жизни разочаруешься…

— И тогда что?

— И тогда будет плохо, — буднично заключил Игараси-сама. — В общем, надо работать. Во всех смыслах.

— И не вздумай отказываться, парень! — предостерёг меня Галлахер. Кенсин-сама такое мало кому предлагает.

— И с чего же мне такая честь? — напрягся я.

— Мы возлагаем на тебя большие надежды, Генри-кун. Твои знания и навыки очень пригодятся корпорации, но в таких условиях ты ещё не работал. И будет очень обидно тебя потерять из-за проблем с психикой.

— Надежды? — ухватился я за ключевое слово. — То есть мне всё-таки придётся работать… по профилю?

— А ты в этом сомневаешься, Генри-кун?

— Ну, были такие мысли… вы же сами вместо работы про драку разговор завели! Кстати, а где в той комнате камера наблюдения?

— Какая именно? — ухмыльнулся Игараси.

— Их ещё и много?! А… зачем?

— Ты неверно формулируешь вопрос, Генри-кун. Не «зачем камеры», а «почему они там есть». Понимаешь?

— Ну и почему?

— Потому что мы можем себе это позволить. У нас есть доступ к ресурсам, у нас есть защитные приспособления, и у нас есть желание использовать это всё на благо корпорации. Но почти нет возможности, потому что кое-кто здесь, в Мэйнпорте, считает это излишним. Есть группа лиц, которые убеждены, что концессия в нынешнем своём состоянии оптимально сбалансирована, и в ней не нужно ничего менять.