Книга Здесь обитают драконы. Туда, но не обратно. Пришел, увидел, поселился, страница 37 – Александр Быченин

Ну, что сказать о мастерской? Первое впечатление – бардак. Второе, сложившееся к середине экскурсии – не всё так просто. Ну а третье, уже под финал: случайность это непроявленная закономерность. И Игараси-сама прекрасно эту закономерность знал, а потому и ориентировался в лабиринте боксов, куч хлама, которые здесь именовались складами, и нагромождений бэушной и в большинстве своём окончательно и бесповоротно вышедшей из строя техники великолепно. У меня даже возникло ощущение, что у него в голову встроен специальный логистический компьютер с соответствующей базой данных. Недаром же он главный снабженец!

Вторая отличительная черта моего нового места работы – дикий фьюжн технологий. Я даже не побоюсь этого слова – эклектика. Ангар неспроста выстроен из диэлектрического пластика и изолирован снизу. Какая-никакая, а всё же защита от магнитного поля Роксаны. И всё это ради того, чтобы более-менее нормально функционировало некое специфическое оборудование, даже в метрополии стоившее серьёзных денег. Промышленные репликаторы, 3Д-принтеры, химические синтезаторы, установки для спекания порошков металлов… и даже вулканизаторы здоровенные нашлись в приличной номенклатуре! Да здесь при желании можно организовать мелкосерийное производство практически любых механизмов, разве что электронные компоненты понадобятся привозные. Но и с этим проблем не было: Игараси-сама с нескрываемой гордостью продемонстрировал мне длинный ряд наглухо закрытых боксов, забитых фабричными упаковками с армейскими клеймами РКА.

— Что это? – не сдержал я любопытства.

— Неприкосновенный запас, Генри-кун, – пояснил босс. – Вот здесь, например, жидкокристаллические мониторы, как у тебя дома.

— Но… откуда столько? Это же антиквариат, на аукционах больших денег стоит!

— С армейских складов длительного хранения, – ткнул в первое попавшееся клеймо Игараси. – Вот эти русского производства. Они, если ты вдруг не в курсе, до сих пор на военных кораблях используются в дублирующих контурах. Потому и качество соответствующее – выполняют минимум требуемых функций, и ладно. Плюс надёжность, что в наших условиях гораздо важнее голографических интерфейсов или высокоскоростной передачи данных.

— И как же вам удалось их добыть?

— Не мне. У нас для этого есть специальный человек, начальник отдела продаж. Келлер зовут.

Удивительно, но даже на такой сложной для японца фамилии Игараси-сама не запнулся, да и выговорил все буквы чётко, включая удвоенную «л». Видимо, давно в соответствующей языковой среде обитает. Не удивлюсь, если с детства. Впрочем, для изумления и второй повод нашёлся:

— А здесь есть, с кем торговать?

— У меня такая же реакция была, – рассмеялся мой начальник. – Думал, кроме самой корпорации других рынков сбыта нет. А оказалось, очень даже есть. «Местные» – раз. Русские с базы – два. Китайцы со второй базы – три. Ну и контрабандисты, куда же без них – четыре. Ты, Генри-кун, не смотри, что колония молодая и не особо многочисленная. Экономика тут уже полностью сложилась, как законная, так и теневая. А что касается мониторов и прочего армейского имущества… Келлер с русским интендантом договорился, и тот поднял свои связи в метрополии. Вот нам и отсыпали от щедрот из «подменного» фонда.

— Какого-какого фонда?