Книга Стальной рыцарь, страница 96 – Алексей Свадковский

Что ж, будем надеяться, все будет, как сказал доктор.

Я посмотрел в окно. Опять снег, опять лес. Когда уже мы доедем? К счастью, мы ехали в цивилизованные места, по словам проводника, курировавшего наш вагон. И здесь нападения тварей или бандитов не стоит опасаться. Хотя час назад мы проехали мимо мертвого состава, сброшенного под откос. Разбитые вагоны, смятый поезд — словно какая-то неведомая сила максимально сильно сдавила его, пытаясь превратить в металлический комок. Сразу видно, что тут не люди постарались, а твари. Вроде той, что я встретил в Меловодье, только постарше и покрупнее.

Надоело. Чем себя занять? Читать пока не получается. Тогда что? На память пришли вещи застреленного бандита. Может, их перебрать, хоть глянуть, что мне там досталось.

Открыл полку для белья и вывалил оттуда куль со следами крови на стол. Толстый тулуп с рваной дырой в боку сразу отложил в сторону — носить я это точно не буду, однозначно на выброс. Быстро осмотрел карманы, но там одна ерунда: табак, кусок хлеба — все это я брезгливо отбросил в сторону. Туда же полетели меховой треух, варежки вместе с ватными штанами и валенками.

На столе остались лишь толстый широкий кожаный пояс, по краям оббитый серебряными заклепками, на котором крепилась кобура. А в ней лежало то, что я даже не надеялся увидеть в наших краях — маузер. Творение сумрачного тевтонского гения. Я читал о нем в журнале: в отличие от револьверов, его не нужно снаряжать вручную — вставил магазин, как в винтовке, и дальше веди стрельбу. Дальность прицельной стрельбы до двухсот шагов, отличная кучность и пробивная способность. Отдельно имелся к нему даже деревянный приклад. От оружия еще тянуло свежей оружейной смазкой, словно его только вчера привезли с завода. Солидное оружие. И руки зачесались проверить его в деле.

В подсумках на поясе имелись запасные магазины, бинты и даже пилюли — целых пять разноцветных шариков, завернутых каждый в отдельную бумажку с выдавленными на них фигурками животных. Их я опасливо сложил к себе в пенал. Потом разберусь, что это такое.

Отдельно меня заинтересовал кинжал — длинный, с широким булатным клинком толщиной в два пальца. Богато украшенная костяными накладками рукоять. По клинку бегут, спасаясь, два тура, гордо вскинув рога. Дорогая статусная вещь: серебряная отделка, золотые насечки. Даже странно увидеть такое среди вещей бандита. Такое пристало носить какому-нибудь графу или князю, балующемуся охотой.

Впрочем, кроме кинжала, нашлось тут еще кое-что, сумевшее меня удивить. Золотые часы, поблескивая крышкой, лежали на столе. От них бежала массивная золотая цепочка толщиной с мой палец. Нажав кнопку на верхушке крышки, я открыл ее и увидел циферблат. Тонкие стрелки указывали точное время — бегут до сих пор, не прерывая свой ход. Арабские цифры едва светятся на свету. Небольшой бриллиант, ярко сверкая, горит в центре. Тонкая, изящная работа. «Павел Буре», — сумел я прочесть название изготовителя. Наслышан, что уж сказать. Дорогая вещь, даже не возьмусь сказать, сколько такие могут стоить.

Я смотрю, наш бандит любил дорогие статусные вещи — они его явно выделяли на фоне всех остальных. Мою догадку подтвердил перстень, лежавший рядом с часами: массивный золотой кругляш с ярко-синим камнем по центру, размером с мой ноготь на большом пальце. Бриллиант? Вряд ли — те вроде белые. Сапфир, может быть? Не знаю, не разбираюсь я в драгоценностях. В любом случае пригодится. Я попытался его надеть — слишком большой. Хотя если ужать или переставить камень в другую оправу… Впрочем, да зачем он мне нужен? Где и когда я его носить буду — даже не представляю. Я положил его назад на столик. Жалко, что среди этих вещей нет кошелька и вообще денег. Видно, идя на дело, бандит их с собой не брал — на нас поживиться надеялся.