Книга Звездная Кровь. Владыка Теней, страница 57 – Роман Прокофьев

Первым шагнул вперед высокий танаан со шрамом:

— Мне по душе твой замысел. Черный Тарн с тобой, рикс!

За ним — второй, третий. Один за другим молодые воины переходили на его сторону, окружали его, что-то горячо говорили, что-то спрашивали, а он отвечал. Поддержка Калассы растаяла, а сама Восходящая, тяжело опершись о локти, опустила голову. Она прекрасно понимала, что проиграла, но не торопилась признать свое поражение, а потом поднялась, бросила на него кипящий ненавистью взгляд, и стремительно покинула зал.

И никто не пошел за ней.

— Она не предательница, рикс, — сказал Молния-из-Стали, глядя ей вслед. — Она хочет того же, но гордость… Я верну ее!

— Нет, — остановил молодого воина Пламени Подобный. — Я сам сделаю это. Завтра вы принесете мне Клятву. А пока идите и расскажите всем остальным. Пусть Луки знают — время перемен настало!

Каласса стремительно шла к своим покоям, и эхо ее шагов отдавалось от древних стен, а встречные испуганно отшатывались в стороны — настолько явственной была аура гнева, окутывающая воительницу. Она будто спасалась бегством, и Пламени Подобный знал, что произойдет дальше — Восходящая заберет то, что ей дорого, и покинет Каменные Луки, навсегда став изгоем.

Слишком гордая, чтобы пережить поражение. Кости скольких таких же одиночек хранят бесконечные октагоны Единства?

— Остановись! — он, наконец, настиг ее. Не дело владыки бегать за своими Восходящими, но иногда бывают моменты, когда это правило должно нарушить.

Каласса резко обернулась, ее грудь бурно вздымалась, а влажные глаза сверкнули ненавистью:

— Ты! Чего еще тебе нужно⁈ Ты победил. Забрал мою Славу. Моих людей. Мой дом! Чего еще ты хочешь забрать, чужак?

— Тебя, — просто сказал он. — Ты сама сказала — сильный берет, что хочет. И не спрашивает разрешения.

— Я не склонюсь перед тобой! — прошипела она ему в лицо. — Ты не станешь моим риксом!

— Ты говорила с Черепами, — сказал Пламени Подобный. — Один из них был червивым…

— Ты обвиняешь меня в предательстве? — оскалилась она.

— Я верю, что ты не предавала свой Народ. И только поэтому говорю с тобой сейчас. Я дарую тебе выбор, Каласса. Открой мне разум, и я увижу правду. Либо его откроет Шелковая Тень в подземных камерах Рога. Выбирать тебе…

Крайне ответственный момент — окажись Каласса червивой, от нее можно было ожидать чего угодно. Пламени Подобный был готов к любому исходу, даже к проклятой Руне и появлению мерзости, и огненная дева почуяла его решимость. Она уже познала силу осколка Единого и понимала, что не устоит перед ним, а потому лишь злобно скривилась:

— Ты хочешь сломить мою волю? Не получится!

Вокруг нее плясал злой огненной ореол, но, не обращая внимания на него, Пламени Подобный шагнул ближе, почти прижав ее к стене, и они оказались лицом к лицу. Выбор, по сути, был невелик — либо позорная пыточная камера и ментальный допрос Шелковой Тенью, либо он. И осколок Единого знал, что предпочтет огненная дева, если чиста.

Если же нет… ею придется пожертвовать.

— Открой мне разум, — приказал он. — Сейчас.

— Нет! — она попыталась ударить его, но он поймал ее руку и прижал к стене, одновременно не отпуская ее взгляд. — Ты не посмеешь!

— Я смею все, что хочу, — голос Одного из Тысячи стал тише, но от этого не менее опасным, и нотки Подчинения уже сверлили ее волю. — Я сильнее тебя, и ты это знаешь, Каласса. И я знаю, почему ты боишься открыть мне разум. Ты желаешь меня.