Книга Прозрачные Дороги, страница 117 – Роман Прокофьев

Попал.

Пламенный луч поразил синее пульсирующее средоточие. Я услышал звук — не крик, не вой, а нечто похожее на треск раскалывающего стекла. Существо мгновенно сложилось в плотный непроницаемый клубок и изменило траекторию движения.

Скай: Зафиксировано повреждение. Объект потерял семь процентов мощности А-излучения и временно утратил левитационную стабильность.

Семь процентов? Золотой удар в упор — и всего семь процентов?

Я его слегка поцарапал. Но и то, что у этого… существа имеются уязвимости, уже внушало надежду!

Аспект понес меня прочь, петляя между огрызками мостов и обломками шпилей. Всеми правдами и неправдами нужно было удержать дистанцию, пока идет откат золотых Заклинаний! Шар бросился следом, не отставая и пытаясь поразить молниеносными выпадами способного удлиняться до тридцати-сорока метров невидимого клинка. Мгновенно выяснились две вещи: Плоскостной Меч и Экзопокров не «держат» удар жесткого света — и Предмет и Руна оказались сломаны после первого же столкновения. Меня спасла только кинетическая энергия парирования, со страшной силой отшвырнувшая в сторону.

Второй раунд вышел не в мою пользу. Повторить этот танец даже с помощью Скай не вышло — тварь тоже училась на своих ошибках. Луч Небесного Огня ударил в замкнутую сферу, не причинив никакого вреда. Спираль Времени помогла лишь избежать ответного удара. Тварь, стремительно пролетев мимо, развернулась и зависла в пустоте в полусотне метров напротив — как будто изучая и оценивая меня.

В поведении этого монстра не было ярости. Этим он напоминал беспощадных экзо Наблюдателя, хоть внешне и не имел с ними ничего общего. Не живое, не мертвое, не механизм — скорее мыслящее оружие, которое тоже умеет рассчитывать вероятности и прекрасно понимает, что следующая атака будет последней.

В этот момент я ощутил холодное, беспощадное дыхание смерти. Выхода не было, никакого, мы проигрывали при любом раскладе. Оставалось только одно — умереть так, чтобы это было не напрасно.

Уклониться от следующей атаки было невозможно. Я ударил всем, что имел, но это его не остановило. Первым погиб Аспект, вторым — я. Жесткий свет сломал Лед-Доспех и рассек мое падающее тело от левого плеча, наискось. Я успел увидеть, как лезвие выходит у правого бедра, оставляя идеально ровный разрез. Никакой боли — только холод. И странное ощущение… разделения.

Мир раскололся.

Я падал. Отдельно от двух распадающихся половинок. Кровь мгновенно превращалась в алые кристаллы, становясь хрупкой, как стекло. Скай тревожно рапортовала о критической потере целостности, но мы еще могли воскреснуть, вот только это не имело смысла делать прямо сейчас. Тварь осталась где-то наверху — будет она преследовать поверженного, падающего в бездну врага?

У бездны, оказывается, было дно. И не столь глубокое, хотя и тонущее в вечной тьме.

Глухой удар, хруст, звон разлетающихся ледяных осколков. Обе промерзшие половинки упали на приличном расстоянии, но это не имело никакого значения — для инкарнации достаточно тридцати процентов, у меня же было сорок пять.

Скай: Объект не преследует. Вероятная причина — считает цель уничтоженной.

Логично. Зачем гоняться за трупом? Кроме Звездной Крови и Рун, конечно… Значит, монстр не охотится за ними? Но тогда возникал вопрос — что с моими людьми? Не устремится ли тварь на поиски остальных, еще не пораженных целей?