Книга Одиссей, страница 77 – Роман Прокофьев

Я предпочел помолчать, чтобы понять, куда он ведет — впрочем, комментарии от меня и не требовались.

— Так вот, Сигурд. Чтобы завоевать принцессу, нужно сразиться с драконом. И хоть ты далеко не прост, этот дракон сожрет тебя. А если ты каким-то чудом победишь его, то принцесса отвернется от тебя. Хреновый расклад, я-то знаю.

— Каков же есть выход? — буркнул я, чувствуя себя полным дураком.

— Дракон ведь становится врагом, когда герой хочет забрать его сокровище, верно? Может, стоит попробовать выкупить его? Договориться? Может, у героя есть что-то, за что дракон будет согласен расстаться со своим сокровищем? Тогда, может быть, не понадобится и драться…

Я вдруг понял, что этот разговор далеко не пустая болтовня. Эйрик, вполне возможно, сейчас выступал как миротворец или посредник Говорящей-с-Травами. Возможно, именно она говорила со мной через него, предлагая сделку. Он был знаменосцем Кассиди, он много лет знал мать Травинки, и, вполне возможно, сохранил с ней дружеские отношения. Или вообще, чем черт не шутит, принадлежал к той самой партии стариков, поддерживающих ее, а вовсе не Веронику.

— И каков же должен быть этот выкуп? — улыбнулся я в ответ, принимая правила игры.

— Драконы любят золото, Сигурд, — широко усмехнулся Эйрик, — Они никогда от него не откажутся. Я знаю, что на тинге тебе дадут гвоздь. Так что, чтобы получить принцессу, герою придется совершить золотой Подвиг.

— Золотой? — искренне удивился я, — Но ведь это невозможно. Я слышал, что золото — верная смерть. Что, если нет?

— Я сказал, что любят драконы, — Эйрик тяжело вздохнул, — А если нет, дракон сожрет героя. Рано или поздно.

Я прищурился, осмысливая услышанное. Если все правильно понял, то Говорящая-с-Травами была готова отдать мне Травинку — за золото, Предмет или Руну. То есть она вполне осознанно посылала меня на смерть, потому что обычному Восходящему не под силу выполнить задание такого ранга. Рассчитано на влюбленного юного дурака? Вполне возможно…

— Если есть цена, то значит, возможен и торг? — спросил я.

— Драконы не торгуются, я-то знаю, — ответил Эйрик, — Или сокровище не стоит золота? Как ты считаешь?

— Считаю, что дракону не стоит назначать цену за то, чего у него нет! — ответил я, резко вставая, — Сокровище ему уже не принадлежит. Оно вообще не принадлежит никому, кроме себя. А насчет сожрет… Ну, пусть попробует. Один раз твой дракон уже подавился.

— Ты зря вскипаешь, — предупредил рикс, внимательно глядя на меня, — Травинка мне не чужая, она дочь моего друга. Я ей добра желаю, да и ты парень, вижу, неплохой. Первая любовь, она самая сильная, я-то знаю… Я ведь к чему все это. Если вдруг не сложится у вас во фригольде, мало ли что, всякое бывает… То у меня вы всегда найдете защиту и кров. Понял?

— Понял, — после некоторого раздумья кивнул я. Бог его знает, к чему Эйрик затеял этот разговор. То ли озвучивал от лица Говорящей, что мы можем попробовать договориться, то ли пытался переманить меня на свою ферму, но во всяком случае прозрачно намекнул, что мы можем рассчитывать на его поддержку в случае проблем. И только ли отеческие чувства к Травинке были причиной?

— Я сказал, а ты услышал, Сигурд, — усмехнулся Эйрик в завершение, — Бывай!

Работа тем временем кипела — помимо груза и людей, экспедиция полностью разобрала все капсулы, используя мегакрипторы, а то, что в них не влезло — погрузив на глайдеры. Колония получила множество ценных Схем, материалов и специалистов — причем две трети спасенных оказались мужчинами, что в нашей демографической ситуации было очень ценно. Как я уже заметил, женская доля населения преобладала — просто потому, что мужчины гибли гораздо чаще. Хотя в боевых группах были и девушки, шелуха эмансипированной Земли облетала очень быстро: подавляющая часть слабого пола постоянно находилась в безопасности фригольда и занималась древними женскими делами. Так что пополнение было весьма кстати.