Онлайн книга «Земли Теней»
|
— Не знаю. Чтобы ни случилось, будь поблизости, — ответил я, — и ничего не бойся… А затем — ждать было нечего — я уступил управление Белому Дьяволу. Он пришел, мгновенно развернулся изнутри, занимая мое место, и опять нахлынуло мощное ощущение близости чужой силы, непоколебимой, как гора, и воли, которой можно было пилить скалы. Голос воспринимал мир совершенно с иных позиций, нежели я, он был подобен парящей в небесах птице, которую мало занимала мышиная возня где-то внизу, и потому все вокруг показалось мелким, не имеющим значения, презрительно никчемным. Видимо, разница между нами была заметна даже на уровне позы и мимики, потому что в глазах девушки появился страх. Ойкнув, она начала медленно отступать назад, но моему спутнику вообще не было до нее дела — жалкая грязная самочка, скорее сообразительная, чем разумная… Отвернувшись, он прошелся, повел плечами и неуловимо достал тарн Серебряного Когтя. — Ты будешь понимать, о чем мы с ней говорим… — услышал я. А затем раскрылась Скрижаль, выпуская золотую Руну, и перед нами появилась кел-леди Азимандия Визу Аран Аммос. Однако ее появление вышло совсем не таким триумфальным, как первый раз, когда она выходила из бассейна в своем Домене, прекрасная и соблазнительная полубогиня. Сейчас, обливаясь кровью и слезами, со стоном-выдохом она упала прямо на каменистую землю среди останков Червей. Развевающиеся голубые волосы накрыли тело хозяйки, Восходящая пыталась опереться руками, дрожа и всхлипывая, как обиженное дитя. Голос объяснил мне, что для Существ, заключенных в Руны, время останавливается, этот феномен называется «рунная компрессия». Они как бы заморожены в безвременье и живут лишь в промежутках Вызовов. У меня это не укладывалось в голове, но все действительно выглядело так, будто для Азимандии схватка в рунном конструкционе закончилась только что, всего секунду назад она принесла Клятву и стала чужой Руной. А снаружи спокойно могла пройти тысяча лет… — Вставай! — Белый Дьявол легонько дотронулся до нее мыском ботинка. — Хватит притворяться, моя… В этом издевательском «моя» прозвучало столько презрительного превосходства, что проняло даже меня. Это странное ласкательное происходило от древних, мыслеговорящих Червей, которые так обращались к завороженным жертвам, обозначая свою власть над покоренным существом, а позднее было перенято Народом Кел в полушутливой форме. Голос говорил на наречии Кел, но степень нашего слияния сейчас была так высока, что понимание фраз пришло на уровне подсознания. Он сознательно оставил мне побольше места, и это было… очень странным ощущением. Азимандия с трудом поднялась, обняв себя руками и с ужасом оглядываясь вокруг. Ее роскошное серебристое платье было разорвано, в груди зияла огромная кровоточащая рана — несомненно, смертельная для обычного человека. Я вдруг понял, что голос специально вызвал ее именно здесь, посреди плато, заваленного трупами Червей — чтобы усилить шок непривычной обстановкой. Кислотная вонь, горы выжженных панцирей, чудовищный, вывернутый кишками наружу труп Копателя в нескольких шагах… — Сколько… прошло времени? — всхлипнула она. — Время теперь не должно тебя волновать. — Чем здесь… Ой, жжется! Что это? Что это за гадость?! — ужаснулась Азимандия, разглядывая свои тонкие пальцы. Упав, она вляпалась в ихор убитого Червя, и теперь ее белоснежная кожа слегка дымилась от ядовитой щелочи. Без защиты Антияда или особых мазей кровь этих тварей разъедала человеческую плоть очень быстро. Мы с Юки давно привыкли, соблюдали технику безопасности и уже почти не обращали внимания, а вот изнеженная гедонистка из Серебряного Замка наверняка почувствовала себя неуютно. |