Книга Семь Древ Янтандера, страница 98 – Роман Прокофьев

Разорван.

Как некогда путь у Черных Врат.

Таков был Аспект и дар Забытого, дарованный Предателю. И он был смертелен даже для Истинного, даже для осколка Единого, ибо они бессмертны, но не неуязвимы, и когда перестает существовать плоть, душа отправляется за Грань…

Вспышка золотого света.

Игг-Феникс, развернув крылья над тем, что уже не было Пламени Подобным, сделал то, для чего он когда-то выбрал эту Руну. Она умерла за него, заново соткав тело из света, исцеляющего сияния и разделенных частей. Осколок Единого вновь вдохнул горячий воздух — он был жив, но второго Феникса и второго шанса — больше не будет.

Дарованные мгновения жизни позволили ударить небесной Руной Анор — не в силуэт Предателя, ибо удар отчаяния он бы отразил. В щит, которым небесный Восходящий окутал место их схватки, дабы не дать осколку Единого уйти и одновременно — не пустить к нему на помощь мертвое войско.

А оно уже было рядом, вокруг.

Пламя Анор сожгло небесный барьер — его единственная Руна, способная на такое. И открыло путь союзникам, кем бы они ни были. Море костей хлынуло со всех сторон, а из тучи серого праха дохнул Костяной Титан.

Мертвое Дыхание.

Серо-зеленый поток некротической энергии прошел над ними оглушающим шквалом. Руины сметало этой волной, в ней лопалась даже окалина: Предателю пришлось окутаться небесным щитом и ответить. Впервые за бой он схватил Разделитель обеими руками — и Титан начал распадаться. Его, как и Пламени Подобного несколькими мгновениями назад, разрывали на составляющие — ребра отделялись от хребта, жилы некродермиса расплетались, и золотой колосс, собранный из тысяч звездных скелетов, оседал лавиной костей, которые больше ничего не связывало. Это было страшно и красиво — и длилось почти пять мгновений.

За них произошло очень многое.

Азимандия выполнила приказ безупречно. Ее Существа мелькнули с трех сторон в рядах атакующих мертвецов — Циклоп, Варвар в обличье свирепого варга, стремительная Танцовщица. Сверху обрушила огненный дождь Провидица, распахнувшая свой золотой фолиант. Где-то за ними маячил силуэт Азимандии, предусмотрительно державшейся подальше. Ее мысленный голос ломался от страха:

— Мой господин, это небо! Что мы можем против неба⁈ Он сломает всех нас!

Именно так. Их гибель должна была купить драгоценные мгновения. В следующий миг золотой Туман — тот, что скрывал Эстэ от небесных охотников, начал расползаться по руинам Медных Башен — небольшое неудобство, но оно мешало взору Предателя, перемешивая звездные ореолы Восходящих с аурами многочисленных реаниматов.

— Держитесь! — прорычал в ответ Пламени Подобный, летя сквозь волны костяного прибоя, низко, быстро, от укрытия к укрытию. Мертвецы, костяные гончие, големы и некротические химеры шли навстречу неиссякаемой волной, смыкаясь за его спиной — живой щит, который дарил полвздоха форы. Осколок Единого не оборачивался — Эхо Скрижали не могло скопировать даже тени небесных глифов, но честно ловило все, что творил Предатель.

— Исполняю… Оу, он, он… Мой господин, не оставляй меня!!!

Удар сердца — и нет Циклопа. Варвар — разорван касанием Разделителя. Танцовщица умерла, не успев коснуться даже тени врага.

Второй — полыхнула яркая зарница, и разбитая Руна Провидицы вернулась в Скрижаль.