Книга Сила крови IV, страница 70 – Алекс Каменев

И это не считая более грубых поделок, основанных на физических принципах, вроде заморозки, сжигания заживо, обращения в пыль.

— В гости к ним явно не слишком охотно ходили, – я хмыкнул.

В родовом поместье действительно редко устраивали приемы, не желая пускать посторонних в святая святых. Для этого существовали загородные дворцы, охотничьи домики (которые лишь так назывались, по сути являясь теми же дворцовыми комплексами, но расположенными в лесу) и другие владения, коих у Мещерских на пике могущества хватало с избытком.

Я начал медленно подниматься по лестнице, мельком отметив, что несмотря на проведенное время в Астрале, убранство сохранилось в неприкосновенности, словно хозяева уехали лишь вчера.

При взгляде на интерьер на ум приходило лишь одно – утонченная роскошь. Гобелены, статуи, лепнины, отделка – все выполнено на высочайшем уровне, показывая хороший вкус владельцев. И вместе с тем во всем виднелась аристократичность, четко показывая, что это родовое гнездо очень древней семьи.

На втором этаже находилась картинная галерея. Эпические битвы, эпизоды из истории рода, знаменательные события, одиночные поединки и масштабные батальные сцены изображались на полотнах в великом множестве.

Фамильные портреты шли отдельной полосой. Сходство предков с Тимофеем было налицо. Те же хищные заостренные черты, те же светлые волосы, тот же волевой подбородок и жесткий взгляд. Каждый смотрит с холста на зрителя с превосходством, с толикой высокомерного равнодушия.

Здесь и Борислав, и другие персонажи из моих видений прошлого. Все они смотрят на меня, ожидая великих свершений…

В конце коридора показалась металлическая дверь. Я здесь ни разу не был, но знал, что за ней оружейная.

Просторное помещение заставлено оружием под завязку. На стенах, на специальных подставках – мечи, щиты, алебарды, луки, сабли, булавы и секиры. На манекенах отдельные панцири и сплошные доспехи в полный рост. С потолка свисают штандарты с уже знакомым геральдическим символом – зловещая когтистая лапа и солнечный шар.

Все оружие боевое, готово к применению, как и броня. При взгляде на это великолепие мелькает мысль, что надо обязательно отвести место под современное оружие. Мечи это хорошо, но штурмовая винтовка лучше. А значит, арсеналу обязательно быть.

Но не изобилие колющего и режущего железа привлекает внимание в первую очередь. В центре комнаты стоит монумент из черного камня, на особой подставке длинный клинок с двумя изогнутыми лезвиями.

— Саджак, – тихо прошелестело из глубин памяти. Руки сами не заметили, как потянулись вперед.

Необычно длинная рукоять отзывается холодом. Следует укол, и рука инстинктивно отдергивается. Поздно, на кончике пальца выступает кровь, капелька падает на ребристую поверхность металла и сразу же впитывается.

В ту же секунду клинок словно оживает, его энергетическая структура тянется ко мне, признав одного из носителей крови. На этот раз ладонь сжимается на рукояти без последствий.

Я поднимаю двусторонний меч – и происходит невероятное. Рука сама делает финт привычным движением, пришедшим из глубин памяти. Меч рассыпается веером сверкающих лезвий. Кто-то из предков предпочитал именно такой тип меча и владел им на уровне виртуоза.

Но это не все, саджак полиморфное оружие и может принимать другие формы. Стоило об этом подумать, как длинный меч задрожал, втягиваясь и изменяясь, на глазах превращаясь в мощную железную секиру.