Книга Заклинатель 10, страница 30 – Алекс Каменев

Я понял, что отвлекся и оборвал себя, сосредоточившись на происходящем вокруг.

Клайв между тем добрался до выбитых створок двери, ведущей в просторный зал. Именно оттуда доносились основные звуки подходящей к концу борьбы. Лязг стали уже утих, зато не прекращались ритмичные удары твердого предмета о другой твердый предмет с последующим громким треском.

Что, бездна их побери, они там ломают?

Именно с этими мыслями я вошел в зал и почти сразу вынужденно остановился. Здесь трупов было еще больше, чем внизу и на лестнице с коридором вместе взятых. Все валялись в разных позах, почти каждого украшала кровавая рана, несколько даже после смерти держали в руках оружие, другие дрались чем придется, начиная от выломанных ножек стульев и заканчивая серебряными подсвечниками и кочергой, выдернутой из зева камина.

Барон Гийом Фонтехью обнаружился у длинного стола разглядывая одно из лежащих на полу тел. Судя по выражению мрачного удовлетворения, Стервятник все же настиг своего обидчика.

В дальнем конце помещения четверка дружинников сосредоточенно ломала крепкую дверь, используя в качестве тарана тяжелую лавку. Судя по всему, за закрытыми створками скрывалась личные хозяйские покои со спальней.

— Что там? — первым делом спросил я, кивком указав на запертую дверь никак не желавшую поддавать напору далеко не маленьких мордоворотов. Остальные дружинники стояли рядом, терпеливо ожидая, когда преграду снесут.

Гийом обернулся, равнодушно буркнул:

— Сыновья Мейзера, успели заскочить внутрь, когда увидели, что папаше конец, — Стервятник с удовольствием пнул труп у своих ног.

О семействе врага Фонтехью рассказал перед штурмом. Мейзер был трижды женат и все три жены умерли при родах. Неизвестно это была какая-то особенность рода или проклятье, но все женщины погибали в момент появления первенцев.

После всех трех жен остались вполне здоровые сыновья, вымахавшие со временем в огромных амбалов. У всех троих имелось одно общее увлечение на троих — обожали без разбора портить деревенских (и не только) девок. Из-за этого часто попадали в неприятности, из которых отец их вытаскивал. Пока ему это не надоело, и он решил всех троих пристроить при деле — собственными помощниками в делах будущих завоеваний.

По мнению Стервятника, именно наличие сыновей подвигло барона на захват чужих земель, чтобы наделить каждого сына собственным отдельным владением.

Надо сказать ход был весьма умен, ведь если бы все получилось, то вместе с сынками, обзаведшимися собственными замками и дружинами, род Мейзера стал бы сильней даже своих ближайших союзников. Соотношение вышло бы два против четверых, а это гарантированное подчиненное положение.

Проще говоря, наш приятель барон, хотел подгрести под себя не только других властителей Приграничья, но даже своих сподвижников (Бертольда Свиные Уши и Родрика Секача) намереваясь сделать из них вассалов.

И при прочих равных, замысел вполне мог рассчитывать на успех. Пока не пришли мы и не порушили все планы.

— Может поэтому Секач сюда заявился, понял, что ему готовят и собирался прояснить момент прежде, чем ввязываться в историю, — я усмехнулся.

Гийом нахмурился.

— О чем вы? — для него последняя фраза прозвучала непонятно. Похож он не знал, что внизу на полу холла остался лежать еще один его враг.