Книга Заклинатель 2, страница 11 – Алекс Каменев

Когда на твоих глазах человеку, с которым ты с утра завтракал, насквозь прожигает грудь сгустком фиолетового пламени, поневоле испытаешь шок. Запах паленной человеческой плоти бьет в нос, в уши летят дикие крики. Куда ни кинь взгляд изувеченные магией тела, а колдун не останавливается, продолжает убивать с методичностью хорошо отлаженного механизма.

И сердце не выдерживает, страх заполняет сознание, в панике ты бежишь, не разбирая дороги, лишь бы оказаться подальше от страшного места.

Я видел, как разбойники-мародеры разбегались. Окажись на моем месте кто-то другой, более понятный, вроде стражи, то скорее всего они сопротивлялись бы, защищая свое. Привычная сталь не вызывала ужас, ей можно противопоставить другую сталь. Но магия ошеломила, вызвала страх. Противостоять ей они не могли, поэтому бежали, бросив все.

— Имя? — повторил я, прибавив в голос жесткости.

— Нильс, — парень понял, что лучше не испытывать терпение пленителя.

— Ты маг? Откуда знаешь про усиления заклинаний? Сколько их у тебя в Сумеречном Круге?

По лицу пленника скользнула печальная усмешка.

— Куда мне до Сумеречного Круга. У меня даже не полноценный дар. Всего лишь высокая чувствительность.

— Но ты много знаешь, — указал я. — Слишком много для обывателя.

Он пожал плечами.

— Нахватался в свое время по верхам, когда еще верил, что смогу стать настоящим заклинателем.

Понятно. Ситуация, когда амбиции не подкрепились возможностями. Но за старание можно похвалить. Не всякий будет пытаться, зная, что шансы на успех невелики.

У парня похоже не развита энергетическая матрица для формирования первой основы любых заклинаний — Сумеречного Круга. Слишком низкий порог резерва наполнения оболочки. В книгах Га-Хора указывалось, что данный недостаток можно преодолеть, расширив резерв внутренней энергетики. Такие процедуры проводили кандидатам в Коллегию, когда потенциал будущего мага признавался достойным внедряемым изменениям. Но делали это редко, слишком велик риск летального исхода.

— Значит, всю жизнь мечтал стать магом, — задумчиво проронил я. — Что-ж, похвальное желание. Но почему не пошел до конца?

Нильс вскинул голову, в глазах недоумение.

— В каком смысле? — не понял он.

Я коротко рассказал о нужных ритуалах, повышающих магический потенциал. Слушал он внимательно, жадно ловя каждое слово. После этого сказал:

— Слухи про это ходят давно, особенно среди тех, кому не повезло родиться с полноценным магическим даром, но в каждом свитке и книге описания нужного ритуала всегда разные. Никто не знает, какой именно нужно применить.

С моей стороны последовал понимающий кивок. Может быть так, что за пять веков нашлись ушлые ребятки, подделавшие свитки и продававшие их легковерным простофилям, желающим обрести «магическое могущество»? Конечно. Без всяких сомнений.

Подобные мечты могут увлечь, застилая глаза, заставляя не обращать внимание на нестыковки. Которые наверняка есть, и знающие люди подмечали их, используя в своих целях, изготавливая фальшивые трактаты, где описаны «правильные» ритуалы. Ложь ширилась, и вскоре стало непонятно, где подлинник, а где подделка. И даже самые недалекие забросили это дело, понимая, что фальшивка может убить.

Кстати, в настоящем ритуале процент выживших тоже колебался в промежутке от тридцати до семидесяти процентов. Слишком глубокое воздействие оказывалось на организм, внутренняя энергетика полностью перестраивалась, неся риск смертельного исхода.