Книга Война Алхимика, страница 43 – Алекс Каменев

Изначально меч не предназначался для обычных людей, но его ковали в реальном мире, где властвовали иные законы, и это повлияло на свойства оружия. Его также нельзя назвать в полном смысле разумным. В нем лишь мелькали отголоски божественной искры создателя, отдавшего своему творению частичку себя. Но в нем ярко пылала жажда впервые пролитой крови, делая клинок уникальным, способным изничтожить любое существо, откуда бы оно ни явилось.

Позже вслед за Шаходом потянулись и остальные боги, поняв, что получили неплохую игрушку для развлечения. Именно в ту эпоху Отверженные впервые задумались о переделке мироздания на свой лад. К чему это привело, прекрасно известно.

Участь самого Шахода оказалась незавидной. Нарушив заповеди творца, он подписал себе смертный приговор. Пробив завесу между эфиром и тварным планом бытия, бог запустил в себе изменения, со временем превратившие его в обычного смертного. Жестокое наказание для того, кто считал себя лучше, умнее и сильнее всех остальных.

— И пошел он к роднику, и выпил водички, и заблеял, став козленочком, – пробормотал я, представив себя на месте погибшего бога. Он, наверное, здорово удивился, поняв, что происходит. Изначальный знал толк в черном юморе, поставив ловушку для желающих побегать на воле.

А вообще, туда придурку и дорога. Нечего ломиться в двери с надписью «опасно для жизни».

Я отмокал в ванне, думал о мече Шахода, пытаясь понять, откуда вдруг появились знания о его происхождении (догадки об этом имелись, скорее всего меч каким-то образом сам мне это передал, хоть он и не был разумным в полном смысле этого слова, но и простым его тоже назвать нельзя), об Отверженных и новых нападениях, и параллельно строил планы на ближайшее будущее. И все это одновременно. На тело накатывала приятная расслабленность…

В дверь осторожно поскреблись.

— Ваша милость, можно? – донесся женский голосок из коридора.

Едва не заснувший прямо в ванне, я шевельнулся и прокашлялся, лишь после этого сказал:

— Можно.

В комнату зашла служанка с подносом. Темный эль, над тяжелой глиняной кружкой шапка пены, широкая тарелка, на ней кровяная колбаса, хлеб и разделанная на части половинка запеченного гуся.

Недурно.

Покачивая бедрами, девица прошлась через комнату, поставив поднос на небольшой столик у окна. Ладная и упругая, при наклоне она изогнулась так, что платье натянулось исключительно в нужных местах, подчеркивая изящность фигурки.

Молоденькая, хорошенькая, услужливая, готовая с радостью исполнить любое желание. За определенную плату, разумеется.

Стрельнув глазками, девица осведомилась елейным голоском:

— Что-нибудь еще, ваша милость? – прозрачный намек с кивком головы в сторону ванны.

Ответить я не успел, следом зашла еще одна, более фигуристая бабенка с огненно-рыжими волосами, ладно сбитая, с большой крепкой грудью, буквально вырывающейся из ворота платья.

Сразу вспомнилась одна хитрая богиня, скрывавшаяся за личиной еще более хитрой рыжей ведьмы. Надеюсь, это не новые гости из числа Падших. А то, честное слово, даже вставать неохота, не то чтобы снова куда-то бежать и сражаться.

— Пока нет, – я указал на дверь и прикрыл глаза.

Заниматься делами постельного толка тоже пока не хотелось. Возможно, попозже, но точно не сейчас. Если эти две прелестницы начнут мне «тереть спинку», то нормально отдохнуть не получится.