Книга Хлад – 1, страница 20 – Алекс Каменев

Я дернулся, но наручники крепко держали. Плюс на плечо легла огромная лапа стоящего сзади амбала, весящая как бы не тонну. Меня придавило словно муравья, не позволяя пошевелиться. Пришлось замереть.

— Правильно, будешь дергаться, игла попадет не туда и все закончится плохо, – похвалила женщина.

— Что это? – нервно спросил я, жадно облизав пересохшие губы.

— Поводок, – женщина улыбнулась и пояснила: – Для тебя.

Будто я сам уже не догадался.

— Внутри органический фермент в форме сложного белкового соединения в замкнутом контуре. При активации он разгоняет химические реакции организма, воздействуя на клеточную структуру, разрушая и сжигая тело изнутри, – она помедлила и, словно о чем-то вспомнив, поморщилась: – Довольно неприятное зрелище со стороны. Кожа человека чернеет, обугливается и начинает трескаться. Видел когда-нибудь сгорающую изнутри деревяшку? Это что-то похожее, только вместо деревяшки будет твой организм.

Она наклонилась, я машинально дернулся, бесполезно. Железная хватка ублюдка позади удерживала в неподвижном состоянии не хуже стотонной плиты. От транса не осталось и следа, в голове мелькали какие-то суматошные мысли о вызове полиции и скорой, поездке в ближайшую городскую больницу. Елизаветоград большой, есть же у них больницы?

Игла приближалась. Небрежно задрав рукав ветровки выше локтя, сука в брючном костюме пощелкала по коже, заставляя вену проявиться, примерилась и хладнокровно сделала укол, введя шприц со сноровкой опытной медсестры.

Чертовы ублюдки! По вене побежал жидкий огонь, казалось, внутрь и правда ввели дозу кислоты.

— Арг-гх, – я подавился криком, согнулся пополам, насколько позволяли наручники. К этому моменту бугай уже не держал, дав возможность хоть как-то среагировать на побежавший по жилам огонь.

— Это скоро пройдет, первичная адаптация соединения под чужой организм, процесс занимает несколько секунд и только в первые мгновения вызывает острый приступ боли. Потом она проходит. Видишь, все уже закончилось. Дайте ему воды.

Кто-то подсунул к губам горлышко бутылки с прохладной водой. Сделав жадный глоток, я закашлялся, затем прислушался к организму. Боль и правда прошла, по крайней мере ее острая часть, отголосок боли, прокатившейся по телу подобно жару. И вдруг пришло понимание, что это сделано не просто так. Это напоминание, что чертова жижа все еще путешествует по крови и что в любой момент она вновь может превратиться в пожар, сжигающий организм изнутри.

Перед глазами встала картинка обугленного тела, найденного в грязной подворотне, и раззявы полицейские, удивленно чешущие затылки. Убийц не найдут, если вообще будут искать.

Стало невероятно обидно. А затем накатила злость, перерастающая в ненависть.

— Яд имеет многокомпонентную структуру и не выявляется никаким способом. Антидот только у меня, каждые семь дней ты будешь получать одну дозу. Будешь хорошо себя вести и делать то, что говорю, проживешь еще. Нет – пеняй на себя.

Я поднял голову и заглянул ей в глаза.

— Однажды я найду тебя и убью, выпотрошу, как сдохшую рыбу. Ты будешь умирать медленно, в муках. Затем я займусь твоей семьей. Твои дети, дети твоих детей, их родственники – все сдохнут в страшных мучениях, – говорил я тихо, почти без эмоций, но полыхающий огонь ярости в глазах заставил женщину вздрогнуть.