Книга Сложности классической некромантии 2, страница 16 – Сергей Горбонос

— Преда-атель? – Рамштайн наклонился ближе, обнюхав Малекая, будто сторожевой пес. – Полудо-охлый… сла-абый. Хозяину не ну-ужны такие слу-уги. Не звать… лорда-а. Сам!

Огромное поганище выпрямилось во весь рост. Раздался влажный хруст разрываемой плоти и массивные ребра твари разорвали его живот. Они вырвались наружу, продолжая рвать плоть. Отвратительное зрелище, к которому добавился вид на истекающие кислотой и гнилью внутренности. Когда преобразование закончилось, живот Рамштайна представлял из себя одну огромную пасть.

— Сам… Сожру слабака!

Двуручный топор, что в руках этой горы плоти смотрелся не больше мясницкого ножа, с невероятной скоростью и силой взметнулся вверх и вбок. Голова Малекая Бледного медленно покатилось по камням городской площади. Не успело тело некроманта упасть, как ему в плечи вонзились топоры поганища. Рывок и громкий хруст. Хруст костей. Рамштайн начал пожирать плоть Малекая своей огромной пастью.

Пока поганище жадно жрало своего бывшего товарища, если рабов одного хозяина можно так назвать, Александр подошел к лежавшей на землей голове Малекая. Поднял ее и покрутил в руках. В этот момент глаза некроманта уже пылали серебряным огнем, но из-за опущенных век это особо заметно не было.

— Рамштайн Ненасытный. Эта туша была основной проблемой. Стеной, разделявшей меня и лорда Стратхольма. Я уже переживал, что не останется иного варианта, как действовать грубой силой. Как неожиданно удачно один напыщенный глупец, в своей неуемной жажде власти, смог показать мне идеальное решение. Атаковать гору плоти, укрепленную некроэнергией, слишком затратно. Но возможно разрушить ее изнутри. Будто ребенку скормив лакомство со спрятанной внутри пилюлей.

Александр говорил тихо. Никто не мог услышать его слов. Разговор, подобно медитации, помогал сосредоточиться на творимом колдовстве… Череп в руках некроманта неожиданно осыпался на землю ошметками. Плоть, что кишела мелкими личинками, быстро преобразовалась в десятки сколопендр. Они пожрали остатки мяса и костей и поползли в сторону оканчивающего свою трапезу Рамштайна. Голодная тварь сожрала Малекая быстро, не став церемониться. Пожрала, даже не обратив внимания во что превращается мясо своей жертвы.

— Скоро «пилюля» начнет действовать, - усмехнулся Александр, глаза которого уже пришли в норму.

Грузные шаги. Трупная вонь. Рамштайн подошел к остававшемуся на месте некроманту:

— А ты-ы-ы? Может, ты-ы тоже-е… - монстр сладко причмокнул и облизнулся. – Преда-атель?

— Ага. И я тоже, - некромант улыбнулся, глядя в лицо чудовищу.

Ответ был настолько неожиданным, что даже сам Рамштайн не сразу понял, что услышал. А учитывая еще и его… не слишком развитые умственные способности, то прошло целых несколько минут, пока до горы мяса дошло, что ему только что ответили.

— А? А-а-а!!!Как хорошо!!! – Он радостно замахнулся топором. – Ой!

Чудовище удивленно вскрикнуло, когда рука, вместе с оружием, отлетела в сторону при резком взмахе.

— Ой! Потеря-ялась! – Поганище развернулось, чтобы поднять руку, как неожиданно стало заваливаться на одну сторону. Опорную ногу твари вырвало с куском плоти из-за невероятного веса туши. Этому поспособствовали выжиравшие ногу изнутри сколопендры.

Многоножки извивались, выглядывая из гноящейся и кровоточащей конечности. Отлетевшая рядом рука была ими пожрана почти полностью и часть сколопендр ползла к туше Рамштайна. Само тело поганища так же разрушалось, пожираемое постоянно увеличивающимся количеством насекомых внутри.