Книга Душный наемник. Том 2, страница 128 – Сергей Горбонос

Но, есть ряд неписанных (а порой и очень писанных) правил, поддержание которых во флоте считается нормой. И одно из них звучит так: нельзя стрелять по эвакуационным капсулам и челнокам. Находящийся в них противник считается сдавшимся. Безусловно, это касается прямой эвакуации, а не случаев, когда тебя ими обстреливают. Но, именно сейчас, капитаны Альянса наблюдали этот самый случай «прямой эвакуации». Не меньше десятка капсул покинуло станцию. К ним присоединилось ещё около полудюжины эвакуационных челноков. А на мониторы связи Альянса поступили запросы о сдаче с просьбой не стрелять.

Никто не собирался по ним бить, даже без этого сигнала. Но и забирать не спешили. Эвакуация пострадавших в лабораториях людей шла полным ходом. Людей было много, повезло, что они находились неподалеку от точки высадки Альянса. Хотя, скорее всего это как раз и было основным фактором их близости к докам. Нюанс интересный, но сейчас главное то, что сотрудники НоваГен начали эвакуацию. Это «звоночек» их отчаяния. И не только….

Корабли Альянса резко сменили цели, когда оборудование зафиксировало вспышку взрыва. Одна из эвакуационных капсул корпоративников разлетелась на куски. Никто не стрелял и не атаковал её. Это был внутренний взрыв, иначе быть не могло. Но следом… Следом взорвалась еще одна. Потом третья. А потом все находившиеся в космосе капсулы и эвакуационные челноки превратились в груды разорванного взрывами металлолома со всем «внутренним содержимым». Сказать, что такого никогда не случалось в истории других корпораций, значит соврать. Просто НоваГен ценит конфиденциальность больше, чем своих сотрудников. Неожиданно этот простой тезис дошел даже до тех её сотрудников, что остались внутри станции.

Нужно понимать, что первым эвакуируется далеко не обслуживающий персонал. Все «шишки», которые имели влияние и статус, пошли первыми. И забрали на тот свет все знания, которые могли передать «врагу». А куда более мелкие рядовые работники, так и остались на станции. Никто из них не стремился рисковать ради тех, кто не ценил их жизни. Потому Альянс принял еще один сигнал. В этот раз, это была просьба оставшихся научных работников НоваГен принять их сдачу. И к пострадавшим добавилась ещё одна толпа.

Вот такой вот «инцидент».

— Что-то те ребята, что мне в лицо лазерами тычут, на раскаивающихся «капитулянтов» не похожи! — Молох выслушал… Молоху легче не стало…

— Ученые на охрану станции повлиять не могут. Я выделю еще один отряд для защиты детей. Они пойдут навстречу Риде. Капитан, ты можешь отступить к первому отряду, что двигался к тебе? Они должны быть неподалеку.

Молох и рад был бы в этот момент ответить, но со стороны прозвучал очень знакомый хлопок, и наёмник заметил приближающуюся к нему тень. Жизнь наёмного бойца учит реагировать на такие вещи быстро. Раз к твоему лицу что-то резко приближается, надо или рот закрыть или на пол упасть. Молох сделал обе эти вещи. Предусмотрительный, потому что.

«Вжух» не долетело, ударив рядом. Малая ракета или что-то подобное. Сложно разобраться, когда тебя подбрасывает в воздух и протаскивает по полу. Парня впечатало в двери лаборатории. Он хотел быстро встать, но едва живая дверь упала вместе с ним. И это очень хорошо, ведь ещё одно «вжух» пролетело над ним, разорвавшись уже внутри лаборатории. Благо, Рида увела детей, но оборудование внутри покрошило знатно. А ведь могло и наёмника. Но отступить сейчас — это дать возможность догнать Морган и детей.