Книга Таксидермист, страница 120 – Андрей Северский

— Он спорил с Вейном?

— Сначала со мной. Потом с ним.

— О чём?

— О том, что без третьей стойки конструкция выглядит ненадёжной.

Феллер произнёс последнее слово и замолчал.

На экране ничего не происходило. Архивариус держал обещание и не заполнял паузу подсказками.

Феллер посмотрел куда-то за камеру:

— Забавно.

— Что?

— Я, кажется, вспомнил, почему запомнил этого мальчишку. Он сказал Вейну: «С третьей опорой мне спокойнее». Именно так. Не «надёжнее», а «мне спокойнее».

Феллер усмехнулся краем рта:

— Вейн посмотрел на стойку, потом на него и спросил: «Она нужна ткани или тебе?»

В моей памяти всплыл эпизод.

Саэль стоял у полевой рамы на Дар-Каннуре, ещё слишком молодой, чтобы не стыдиться сомнений. Он поставил лишнюю опору под тонкую грудную мембрану местного летуна. Ткань была уже мёртвой, но должна была сохранить естественную геометрию до фиксации. Саэль добавил распорку, потом ещё раз проверил угол.

— Зачем третья? — спросил я.

— С ней спокойнее.

— Кому?

Он не понял. Я ткнул пальцем в распорку:

— Она нужна ткани или тебе?

Саэль смотрел секунд пять. Потом снял опору.

Я никогда не записывал эту фразу. По крайней мере, не помнил, чтобы записывал.

— Соболев? — позвал Феллер.

— Да, да, слушаю.

— Вы сейчас перестали дышать или мне показалось?

— Показалось.

— В моём возрасте я ценю хорошую ложь. Эта была плохая.

Я провёл большим пальцем по краю стола.

— Вы уверены в формулировке?

— В словах «нужна ткани» — да. В конце могло быть «вам». Но нет… Нет, парень был молодой, Вейн ему тыкал. «Она нужна ткани или тебе?» Да. Потому и запомнил: грубовато для приглашённого консультанта.

— Он часто говорил так?

— Коротко? Да. Эту фразу — один раз.

— Вы включили её в протокол?

— Не должен был.

— Почему?

— Она ничего не меняла в решении. Решение было убрать третью опору и пересчитать цикл. Я записывал решение.

— Кто ещё слышал?

— Все у стола.

— Сколько вас было?

Феллер нахмурился.

— Шесть. Нет, семь. Один подошёл позже. Посмотрите в протоколе, там есть состав.

— Не сейчас.

— Всё ещё не хотите читать?

— Пока нет.

Он откинулся назад:

— Тогда скажу ещё одну вещь, которая вам не понравится.

Я прищурился.

— Если вы ищете человека из прошлого, не пытайтесь узнать его по походке. После серьёзной реконструкции люди учатся ходить заново. Не пытайтесь узнать по голосу — у Вейна стоял фильтр. Не пытайтесь узнать по лицу — я его толком не видел. И даже привычная фраза ничего не гарантирует. Её мог услышать кто-то другой. Мог прочитать. Мог украсть вместе с методом.

— Я понимаю.

— Нет. Сейчас вы это понимаете головой.

Посмотрел на старика внимательнее:

— Вы часто давали такие советы людям, которые приходили проверять чужую личность?

— Первый раз.

— Тогда откуда опыт?

Феллер постучал пальцем по виску:

— Отсюда. В сто одиннадцать понимаешь, что память — плохой архив и хороший лжец. Иногда она не меняет событие. Она просто делает его удобнее для того, кто вспоминает.

— Почему вы тогда уверены в этой фразе?

— Не уверен полностью.

— Но повторили точно.

— Потому что помню не слова отдельно. Помню мальчишку. Он покраснел и убрал руку со стойки. Помню, как я подумал: мерзкий способ учить. Потом понял, что работает. Такие вещи цепляются не за текст, они цепляются за раздражение.

Я кивнул: