Книга Смерч навстречу. Даром, страница 62 – Светлана Нарватова

Дашины щеки продолжали пылать, а способность нормально соображать возвращалась. Конечно, на базе она повела себя как последняя идиотка. Но у этого хотя бы было рациональное физиологическое объяснение.

Когда Несветаева вышла из ванной, хозяин квартиры был уже одет.

— Еще зубную щетку, — попросила Даша. Во рту было гадко, будто в последний раз она чистила зубы в мезозое. Про запах она даже думать не хотела.

— Ну ты меня, конечно, напугала, — заявил Кощей. Это она его напугала! Снова! Такими темпами ей присвоят звание Самого Страшного Зверя Современности. — Выпороть бы тебя! Ложись, штаны снимай, — говорил он, отвернувшись к журнальному столику.

— З-зачем?

— Колоть тебя буду, «зачем». Вот кто тебя дома колоть будет?

— А вы умеете?

— Я даже капельницы ставить могу. И раны зашивать. Тебе ничего зашить не надо?

— Надеюсь, что нет. — Даша легла и приспустила белье. — А можно еще мою одежду привезти? — приборзела она. — Если мне самой домой нельзя. И ноутбук тоже.

— Ты болеешь, ясно? Тебе нужно лежать и поправляться!

— Да я уже почти здоровая! — и она снова зашлась кашлем. — Ой, а давно я так? ‑ Судя по состоянию рта, Дарья тут лежит не два часа. Солнечный свет за окном намекал, что сегодня не тот день, который она помнила последним. — А как же работа?! А мне никто не звонил?

— Даша, тебе кто только ни звонил! Я отключил звук. На работе предупредил, что ты заболела. Сильно. У тебя и справка есть. От скорой.

— Скорую-то зачем? А вы здесь как? Почему, в смысле? Не на работе, — дошла до Несветаевой следующая странность.

— А я перешел на дистанционный режим. Временно. Освободил место для переезда, чтобы Толяну было, куда вещи переносить. Переезд, знаешь, он требует хотя бы одного пустого помещения.

Поляков деловито потер ягодицу влажной ваткой, резким движением воткнул иглу и ввел лекарство.

— Пить будешь?

Даша помотала головой.

— Ладно. Я вернусь, ты поешь и выпьешь таблетки. Пока постарайся еще поспать. Если проголодаешься, все, что найдешь в холодильнике, на плите и в шкафах, можешь брать. Я за собой закроюсь. Пока.

И утопал.

Несветаева укрылась, создавая имитацию сна, дождалась, когда из прихожей раздался стук двери, и потянулась к сотовому. Провалялась она почти двое суток. Ничего себе ее приложило! Входящих было не так много, как напугал Кощей. Главное, не было звонков от мамы. Не придется оправдываться. Зато был пропущенный от заказчика. Интересно, чего хотел? Расплаты за очередную «помощь»?

Дарья долистала журнал вызовов, убедилась, что перезванивать прямо сейчас никому не нужно, и легла в постель. Всего-то добрела до туалета и обратно, а вымоталась, будто слетала до Луны. Сейчас она только немножко отдохнет, а потом подумает.

Отдохнула она хорошо. Полноценно так отдохнула. Ее разбудил вернувшийся Павел с тарелкой каши.

— Вы же не любите овсянку, — припомнила ему Дарья, отбирая тарелку. Он, похоже, собирался кормить ее с ложечки.

— Ненавижу. Это все для тебя, — в его словах сквозила ехидца. — Но если хочешь, могу пожарить мясо.

От слов «мясо» и «пожарить» в желудке поднялась волна, хотя непонятно чего. Несветаева в последний раз ела вчера утром. А за окном было хорошо за полдень. К концу рабочего дня. Есть не хотелось, и каша казалась безвкусной, но Поляков был прав — поесть надо. Хотя бы чтобы принять таблетки.