Книга Подземный город гномов, страница 53 – Светлана Нарватова

Судя по побледневшим скулам Паладина, выступившей на лбу испарине и стиснутым зубам, предупреждение было постфактум и носило скорее характер извинения за причиненные неудобства. Вскоре лицо блондина расслабилось.

— Вот и всё, - заявила Темная, встряхивая руками. - Теперь можно собираться.

Вещи сложили в минуту.

— Бежим на счет «три», - предупредила она. - Раз... - Джетта вытянула руки. - Два... - От ее ладоней вспыхнул огонь, разрастаясь сплошной стеной во всю ширину галереи. - Три! - Магическое пламя понеслось. Трое людей бросились за ним, будто играли в салочки. Обратный путь занял раза в три меньше времени. Огонь расступился, пропуская путников в "нору". Вперед Темная послала огненный шар. Теперь она двигалась последней, чтобы замкнуть завесу пламени позади. Зал с тремя коридорами и лестницей наверх. Выбрались!

Когда они поднялись на второй уровень, Паладин не сдержал стона облегчения. Он наклонился, уперся ладонями в колени и отдышался. Пробежка далась ему нелегко. Лодыжка была самой серьезной проблемой, и хотя Джетта изрядно ее подлечила, травма – особенно в конце – давала о себе знать. Но и остальное тело ломило немилосердно. Постоянно ныло запястье, вокруг которого черно-багровой лентой обвился след от веревки, спасшей ему жизнь. Рывок там, в провале, потянул плечо. Про синяки и многочисленные ушибы Сельмо вообще старался не думать. А стоило ему вспомнить, где бы он мог оказаться, если бы не чудо, он чувствовал себя прямо новорожденным.

Пусик выпустил Кошмарика, которого ему пришлось тащить. Пёс был не в восторге от идеи бежать за огнем, он предпочел бы удрать в противоположную сторону. Телохранитель  поднял с земли стул, валявшийся там с разбора завала над лестницей. Дамиан предложил присесть девушке, но та отрицательно покачала головой. Ее щеки полыхали румянцем, глаза горели огнем. Несмотря на учащенное дыхание, она совсем не выглядела уставшей. Дамиан опустился на сидение и с грохотом рухнул на пол. Стул, который на вид мог выдержать пару Паладинов, сложился под ним, как маргаритка на закате. Вид у Пусика был таким потешно-потерянным, что Сельмо рассмеялся, дожимая и без того ноющий пресс. Следом прыснула Темная. К ним присоединился Аквилеро. Все трое хохотали до коликов в животе, до слез, пока не сползли на землю. Вокруг скакал и гавкал пёс, который не понимал, в чем дело, но тоже хотел поучаствовать в общем веселье. Напряжение последних двух дней постепенно отпускало.

— Как пойдем? – спросил Аквилеро, утирая слезы тыльной стороной ладони. От грязи под глазами образовались темные полосы, вызвавшие новый взрыв смеха.

— Предлагаю, как шли. - Джетта подняла руку, голосуя. – Так ближе, дорога проверенная.

— А выход? – полюбопытствовал Паладин.

— Взорвем к огровой матери, - внесла предложение Темная.

— Ну да, тут-то мы еще ничего не попортили, - фыркнул Дамиан.

Темная показала останки стула под ним, и все трое опять рассмеялись.

— Ладно, - успокоившись, сказал Паладин, - я – за.

Он поднял руку. Третья рука, принадлежащая Пусику, тоже поднялась. Кошмарик сел и пару раз гавкнул.

— А твоего мнения никто не спрашивал, - указал ему место Сельмо.

Собака махнула хвостом и склонила на бок голову.

— Ну что, на выход? – поинтересовался дель Пёро у остальных.