Книга Брендинг как сексуальное извращение, страница 47 – Светлана Нарватова

— Ты одна сможешь вытянуть? — поинтересовался Женька.

— Евгений Петрович…

— Давай без церемоний. Хочешь, на брудершафт выпьем?

— Никто ничего пить не будет, — отрезал Тимур. А на поднятую Женькину бровь с невозмутимой физиономией пояснил: — Мы тут работать собирались. А не брудершафты разводить.

— В общем, — продолжила Котя, все же избегая интимного «Женя», — я-то могу. Но как раз сейчас, когда по проекту нанесет такой удар — конкретный удар, очень важно удержать командный настрой. Даже если это пойдет в ущерб безопасности. Тем более, что бОльшего урона конкуренты нам уже не нанесут. Они же не будут теперь бренд менять?

— Но напакостить и подать на регистрацию второй наш бренд им никто не помешает, — вставил свою реплику Змей.

— Нет, в принципе, в течение какого-то времени мы можем организовать работу той же командой, сохранив при этом секретность. Можно, например, выехать на какую-нибудь базу с недоступом мобильной связи. Благо рельеф окрестностей позволяет. Тем временем твоя братва, — Тимур обратился к эсбэшнику, — будет копать и вынюхивать. Вынюхивать и копать.

— Да это-то не проблема. Главное — определить, кого будем закапывать. Тьфу, обкапывать. И обнюхивать. И на предмет чего.

— Да всё тех же. В курсе подробностей был только костяк, то есть восемь человек. Минус три. Не так много работы.

— Ну ладно, тебе самому сливать проект не с руки. А почему ты вычеркиваешь нас с… Евгением?

— Потому что, хм… Евгения шерстят каждый месяц. Служба безопасности у нас на под Самим ходит. Тот и блюдёт их… Во все дыры.

— А тебя, Катя, мы уже со всех сторон проверили, поскольку ты была самой очевидной подозреваемой. Контакты, звонки, поступления, траты, долги… — пожал плечами Женька.

— Да какие у меня долги, вы что, офигели?!

— Вот-вот, никаких долгов, — кивая головой, согласился Змей. — Пять человек — это немного. За неделю успеем. Хотя я бы в число «избранных» включил еще Элеонору. Как-то она вовремя нарисовалась. Если я правильно помню, ей еще два месяца полагалось тусоваться на стажировке?

— Жека, оставь в покое девушку. Не мешай личное и дела.

— А — прости, Катя, — с ней, — Змей мотнул головой в сторону Коти, — личное и дела мешать можно?

— Ну, блин, давайте еще мое белье развесим тут на веревочке и обсудим его со всех сторон, — возмутилась та. — Мы здесь, вроде как работать собирались. Так и давайте работать. Я тоже пыталась вычислить того, кто меня подставил. И у меня вызывает подозрения ваша секретарша, Тимур Александрович, — восстановила Котя деловой тон.

— Чем это?

— Ну не знаю. Нос она свой сует, куда не надо, — вспомнился Коте Новый Год.

— На этом основании в число подозреваемых следует включить 80 % женщин. Оставшиеся либо еще слишком малы для этого, либо просто уже не в состоянии встать с постели, — возразил Тимур. — Нет, Люську можно исключить. Не потому, что я ей доверяю. Хотя она протеже СамСамыча. Просто документы по этому проекты шли напрямую ко мне. На совещаниях ее не было.

— А подслушать? — не унималась Котя.

— Как ты себе это представляешь? Через двойную дверь?

— Жучок? — предложила Котя.

— Вы бы, Екатерина Андреевна, завязывали с художественной литературой, — Тимур покровительственным жестом погладил Котю по голове. Толпы мурашек устремились от его руки к ее пяткам.