Книга Тройная метка. Истинная диких Альф, страница 15 – Екатерина Антонова

Взмах…

И тут внезапно мой зверь низко и утробно рычит.

Замираю, не в силах завершить удар. Впиваюсь пальцами в топорище со всей силы так, что дерево жалобно скрипит.

РРР! РРР!

Неистовое рычание вибрирует прямо в груди. Под ребрами.

Волк рвется наружу, хотя позавчера мы хорошо поохотились, и он должен был насытиться. Видимо, вчерашний инцидент взбудоражил зверя.

Моя дикая ипостась мечется внутри. Я буквально чувствую, как он царапает когтями мою грудную клетку. С ума сходит.

Шерсть на загривке встает дыбом. По позвоночнику пробегает холод.

— Ты тоже это чувствуешь? — спокойный голос Саввы раздается со стороны крыльца. — Мой со вчерашней ночи как безумный.

Он спускается по ступеням. Вытирает полотенцем мокрые руки. Пепельные волосы отливают серебром на солнце. Взгляд непривычно напряжен.

— Да, — бросаю топор рядом с чурбаком и стягиваю пропотевшую майку.

Жарко. Этим летом особенно душно.

Воздух словно застыл, пропитанный тяжелым хвойным запахом и ожиданием.

Чего ждем? Непонятно.

Но меня преследует ощущение, что все изменится.

Тело горит. Мышцы перекатываются под кожей, требуя выхода скопившейся энергии.

— Как Влас? — хмурится Савва. — Вчера он был особо свиреп. Все из-за этой девушки? Внучки Макара?

Оборачиваюсь к дому. Внутри всё сжимается от воспоминаний о прошедшей ночи.

Внучка Макара… маленькая волчица.

Прикрываю глаза, вспоминая терпкий сладкий аромат.

— Он едва не разнес подвал. Сорвал цепи, стена чудом уцелела, — хмыкаю, вытирая пот со лба. — Если бы хоть на минуту опоздали, он бы изнасиловал ее прямо там, на земле. Гон свел его с ума…

Савва делает глубокий вдох, его ноздри трепещут.

— Это она, та девочка. От неё потрясающе пахло, Демьян. Я почуял этот аромат ещё вчера утром, когда она только сошла с поезда на платформу. Сладкий, тягучий… запах самки. Совсем не такой, как у местных. Она другая, и ты это знаешь.

Знаю…

— Пока пусть охладится в подвале, — произношу повелительным тоном. — Хорошо, что у нас есть запасной комплект цепей на такой случай. Глаз с Власа не спускай. Такое не должно повториться. Пока эта волчица тут, он будет сходить с ума.

Как и мы…

Но я этого вслух не произношу.

Савва кивает и уходит. Я остаюсь на солнцепеке. Мысли накрывают. Я снова в плену видений о прошлой ночи.

О ней…

Зверь внутри довольно урчит, напоминая, как сильно он хочет эту девчонку.

Мы с Саввой налетаем на Власа одновременно, пытаясь оттеснить его от нагого тела волчицы. Она совсем крошечная. Если он попытается ее покрыть, то разорвет на части.

Поэтому мы и запираем друг друга каждый гон. Дикие оборотни теряют рассудок, становятся смертельно опасными.

Влас рычит, скалится. В его глазах нет ничего, кроме жажды и безумия.

Я сам едва сдерживаю зверя. Он требует эту самочку.

— Моя! Забери её! Не отдавай!

Чтобы хоть немного прояснить рассудок, я обращаюсь в человека. В обличье волка зов крови и запах самки действуют слишком разрушительно.

Но даже в человеческом теле находиться рядом с ней — настоящее испытание. Я на грани.

От этой девочки пахнет течкой. Самой настоящей животной течкой, которая сводит с ума самцов вокруг.

Я не имею права её трогать, как бы меня ни выкручивало от жажды обладать ею.

Пока Савва блокирует Власу путь к девчонке, я подхожу ближе. Опускаюсь на колени. Нежно беру её на руки.