Книга Тройная метка. Истинная диких Альф, страница 136 – Екатерина Антонова

Замираю.

— Ты могла разорвать его. Но спрятала когти, чтобы не поцарапать, и погладила. А потом отправила к бабушке. Это тоже была ты, Ева. Не только та, которая убивала.

Он пытается тебя обмануть.

— Я убила их, — отвечаю. — Я!

— Да, — неожиданно говорит Савва. — Ты убила их. И я не стану говорить, что завтра тебе не будет от этого больно. Будет. Может быть, еще очень долго. Но если сейчас отдашь ей себя, боль не исчезнет. Исчезнешь ты.

Тьма сжимается вокруг сознания, будто старается оттащить меня от его голоса.

Останься. Тебе больше не придется ничего чувствовать.

Савва подходит еще ближе, но не касается меня. Просто смотрит.

— Ты просила найти тебя, если потеряешься. Я нашел. Дальше сама, Ева. Я не могу вытащить тебя силой.

Смотрю на него. Потом на Демьяна и Власа. Они действительно боятся.

Я чувствую это через метку вместе с любовью, тревогой и отчаянной потребностью вернуть меня. В груди становится больно.

Они видели чудовище. Они никогда не забудут то, что ты сделала…

— Я монстр, — всхлипываю, из пасти срывается лишь тихий скулеж.

— Нет, — тихо произносит Савва. — Ты наша девочка. Идем домой.

Домой… Это слово оказывается сильнее всего остального.

Яркими вспышками в памяти появляются картинки: дом, кухня, вечные перепалки Власа с Демьяном, улыбка Саввы. Улыбки бабушки и дедушки.

Вспоминаю, как впервые за много лет просыпалась и не боялась нового дня.

Метка пылает, словно напоминая, что я жива. Трое моих волков рядом. У нас есть будущее.

Не возвращайся. Тебе никогда не простят того, что ты сделала…

— Возможно, — отвечаю Тьме.

Глупо спорить, особенно после того, что случилось.

— Но это мое тело. И моя жизнь. Я выбираю жить дальше.

Тьма бросается на меня изнутри, пытаясь удержать, но я уже тянусь в другую сторону. К ним. К своим Диким Альфам.

Обращение начинается болезненно. Огромное тело сводит судорогой, кости ломаются, черная шерсть исчезает.

Я падаю на колени уже человеком и едва успеваю опереться руками о землю, прежде чем меня снова выворачивает.

Савва оказывается рядом первым. Прижимается горячим боком, пока меня трясет. Я разворачиваюсь к нему и начинаю плакать.

— Я их убила, Савва. Столько волков… Я даже не знаю, сколько.

Он не спорит и не пытается убедить меня, что они заслужили смерть. Просто закрывает глаза.

— Я знаю.

Демьян садится рядом и утыкается лбом в мое плечо. Влас укладывается у моих ног, и метка отзывается теплом сразу от троих. Они любят меня. Я чувствую.

— Мне так плохо, — шепчу, уткнувшись в мохнатую шею Саввы. — Не хочу сейчас возвращаться туда.

— Тогда не будем возвращаться, — отвечает Демьян. — Посидим здесь столько, сколько тебе нужно.

Закрываю глаза. Метка пульсирует ровно и спокойно, связывая нас четверых нерушимыми узами. И впервые за эту ночь внутри действительно становится тихо.

Тьма никуда не исчезла. Но теперь я знаю, что она не имеет надо мной власти.

Настает утро…

Ева

Месяц спустя…

Просыпаюсь от того, что мне безумно жарко.

Очевидно, три огромных оборотня опять решили, что совместный сон создан исключительно для того, чтобы похоронить меня под ними.

Пытаюсь пошевелиться. Влас обнимает меня поперек живота и отпускать явно не собирается.

— Влас, — сонно бормочу. — Мне жарко.

— А мне нормально. Даже шикарно. Ты такая мягкая, детка…