Книга Тройная метка. Истинная диких Альф, страница 119 – Екатерина Антонова

Все снова смотрят на меня.

— Краснов идет сюда из-за меня. Я не буду отсиживаться в безопасности, пока вы защищаете наш дом и семьи. Я выйду и встречу городского альфу, как подобает.

Демьян шумно втягивает носом воздух.

Поворачиваюсь к нему.

— Только попробуй возразить!

— Я сейчас ничего не сказал, — произносит старший. Но я вижу, что он против. Желваки на красивом лице ходят ходуном.

— Я вижу твое лицо! — складываю руки на груди.

— И что с ним не так? — искренне удивляется.

— Всё! Ты зол и не хочешь моего участия!

Рядом давится смехом Влас. Несколько человек смеются, и даже дедушка улыбается.

А вот Савва — нет. До самого конца схода он остается непривычно молчаливым.

Определившись с дальнейшими планами, мы расходимся немного отдохнуть.

Когда возвращаемся домой, Демьян и Влас продолжают обсуждать патрули. Влас, естественно, рвется в бой и искренне недоумевает, зачем вообще все это нужно.

Демьян задерживается во дворе, а Савва молча направляется в дом.

Смотрю ему вслед. Нет уж. Просто так я его не отпущу.

— Детка? — окликает меня Влас. — Ты куда?

— Я сейчас… — захожу вслед за Савелием, слышу, как хлопает дверь его спальни.

Направляюсь туда.

Савва весь вечер что-то от меня скрывает. Он мрачный, хмурый, словно знает то, что неведомо другим.

А так как мои истинные учили меня не прятаться от самой себя, я совершенно не собираюсь позволять им скрывать что-то от меня!

Уверенно стучу в дверь. Ответа нет.

— Савва? — зову своего волка.

Тишина. Берусь за ручку.

— Я всё равно войду, ты знаешь.

Открываю дверь и захожу в спальню Саввы. Блондин стоит ко мне спиной и смотрит в окно.

— Как ты? — тихо спрашиваю. И тут Савелий резко разворачивается. Его глаза пылают алым.

— Ева… — выдыхает, сокращает расстояние между нами. Пискнуть не успеваю, как мой волк сгребает меня в охапку и жадно впивается в губы.

Савва

Прижимая к себе Еву, я все больше убеждаюсь, что не отдам ее…

Ни городским ублюдкам, ни тьме, что сидит внутри. Увидев сегодня, как она разобралась с пленником, я был горд… с одной стороны. А с другой — безумно испугался.

Потому что ощутил ее злобу. Чистую, концентрированную. Вперемешку с удовольствием. Она по-настоящему кайфовала, причиняя боль нашему пленнику.

— Савва… — выдыхает малышка мне в губы, возвращая меня в этот сладкий момент. Только наш.

Я подхватываю свою волчицу под попку, она обвивает мое тело бедрами. Удерживая Еву одной рукой, второй я защелкиваю дверь в спальню. Это только наш момент.

Демьян забрал себе невинность Евы. Влас заполучил ее на кухне утром. Теперь моя очередь…

Голод рвется откуда-то из самого нутра. Оттуда, где скребется и воет мой зверь. Сжимаю ладонями упругий зад истинной, рычу ей в губы. Моя!

— Ты без трусиков… — шепчу, нащупывая мокрую промежность своей волчицы.

— Забыла их в бане до обращения, — щечки Евы покрываются легким румянцем.

— Не очень-то тебе и стыдно, — ухмыляюсь, начиная поглаживать влажные складочки истинной. Волк встает на дыбы и воет, требуя сейчас же нагнуть Еву.

Но я не буду так… я не Влас.

— Разве я должна стыдиться вас? — шепчет, тяжело дыша. Ее мягкий покорный голос сводит нас со зверем с ума.

— Ни за что… — несу свою волчицу в постель. Туда, где совсем недавно мы проснулись втроем после ночи, перевернувшей все.