Книга Проклятье, с*ка! Книга 3, страница 35 – Антонио Морале

Глава 6

— Будешь вино или что-то покрепче? — предложила мне хозяйка роскошных апартаментов, подойдя к барной стойке, перегнувшись через неё и достав откуда-то два бокала и почти полную пузатую бутылку.

— Спасибо, госпожа. Я воздержусь.

— Ну, как хочешь. — легко согласилась Ясмин, отставив один бокал в сторону а второй наполнив до половины.

Азиатка облокотилась о стойку, сделала глоток и принялась осматривать меня с ног до головы.

— Эй! — она несколько раз щёлкнула пальцами в воздухе, отвлекая меня от созерцания окружающей обстановки. — Как там тебя?

— Макс. — напомнил я.

— Макс… Все эти славянские имена звучат для меня одинаково. В общем, мальчик. Я могу для приличия поспрашивать тебя о жизни, о твоём голодном несчастном детстве, о месте, в котором ты вырос, о том как тебя били в детстве и пинали… Но твоя сраная биография меня совсем не интересует, я даже имя твоё не запомнила и не собираюсь запоминать. Мы оба прекрасно понимаем, для чего я тебя позвала.

Жёнушка императора оторвалась от барной стоки, вальяжно прошлась по комнате к небольшому серенькому диванчику, уселась на него, закинула ногу на ногу и пригубила вино из бокала, продолжая внимательно изучать меня, как милую зверушку.

— Мне нужно снять напряжение… И ты идеально для этого подойдёшь.

— Напряжение? А я тут каким боком? Прими ванну, сходи на массаж… Примите, сходите… Госпожа. — исправился я, заметив раздражение на её личике.

— Разденься, хочу оценить твою форму.

Кажется, это был не первый её бокал за вечер. Её глазки блестели, на лице блуждала хмельная улыбка…

Интересно, у них эта часть прописана в уставе, или это самодеятельность самой императрицы? Я не полный идиот, но вот эта её фраза — «Мне нужно снять напряжение», звучит неоднозначно. Кто-то трахается, кто-то избивает слуг плётками, кто-то прижигает их раскалёнными прутьями. Каждый выпускает пар по-своему, я не осуждаю. Мне даже стало чуточку интересно, какой вариант она уготовила для меня.

Я хмыкнул, отложил оружие в сторону, стянул бронник и скинул одежду, оставшись лишь в штанах и ботинках.

— Полностью. — донёсся до меня захмелевший голос хозяйки.

— В смысле? — состроил я недотрогу.

— Ты идиот? Или мне позвать твоих друзей из казармы, чтобы они помогли тебе раздеться? — моментально взбесилась азиатка. — Что ты как целочка ломаешься? Не то время и не то место. Я! Твоя! Хозяйка! Ты понял? Ты принадлежишь мне и выполняешь мои приказы бес-пре-кос-лов-но! Ты понял? Ещё раз ослушаешься, — она сделала большой глоток, допив остатки вина одним махом, и отбросила пустую тару в сторону на белоснежный ковер, — я прикажу выпороть тебя и отправить обратно, в твою сраную деревню, из которой ты вылез. Или скажу мужу, что ты домогался меня. Тогда тебе вообще член вырвут живьём и четвертуют.

Ну, насчёт четвертуют я, конечно, не уверен — не слышал я о таких наказаниях в Империи. Хотя, что у них тут творится за высокими заборами, никому не известно. Но можно же как-то на секс и поделикатнее раскручивать, по-женски — глазками, намёками, заигрываниями. Она ведь трахаться хочет, я правильно понимаю, да?

— Я всё понял, госпожа. — покорно согласился я, пожал плечами, разулся, скинул штаны и нижнее бельишко. — Теперь госпожа довольна? Или мне повернуться жопой и раздвинуть булки для лучшего обзора?