Книга Кодекс Инквизитора. Книга IV, страница 115 – Антонио Морале, Ник Росс

Слушая занимательную историю, пригорюнилась. А как тут не пригорюниться, когда полученная информация так нежданно гладко легла на канву личной миссии? Не о том ли вещала Морана, предостерегая, что я не готова услышать правду? Что ж получается… Я не просто пешка, а пешка, которая должна спалить игровую доску дотла? Судя по всему, так и есть. Не вижу смысла лихоманке лгать так беззастенчиво, ведь я непременно проверю её слова! В лепёху расшибусь, но достану чёртову печать Чернобога и не отдам Маре, пока та не откроет истину.

Нет! Не верю, что Булька — примитивная бомба замедленного действия. Быть того не может. Пусть я по незнанию активировала заложенные системой директивы, но питомица давно перестала быть функцией. Она разумный организм, да и Морана не стала панику наводить, значится, не увидала богиня угрозы в питомице. Стало быть, Буля переступила опасную фазу. Из оружия массового поражения превратилась в осознавшую себя личность. Иначе не объяснишь её помощь. Что мешало аномалии распылить ничтожный мирок на молекулы после активации?

— Я слышу, как скрипят извилины в твоей черепушке, княжна. Размышляешь, поди, отчего не рвануло? Коли так, то смею предположить, что всему причиной кровь и человечное отношение. Возможно, вы взаправду вошли через синергию в полный симбиоз и теперь являетесь частью единого целого. Я не дока в этом вопросе, но иной причины в отсрочке приговора не вижу. Если только сама система не имеет на тебя далекоидущие планы. Всякое может быть, и каждая версия нуждается в осмыслении, — задумчиво выдала Сухея.

— И откуда ты наврякалась на мою голову? Жила себе, не тужила, плыла по течению. Явилась, зараза, не запылилась, вывалила ушат говна на макушку и лыбу давишь. Для одного дня слишком много потрясений. Веди в тень, Сусанин, глядишь, извилины скрипеть перестанут. Я человек действия, эдаким балбесам много думать вредно, уж лучше лютая сеча до кровавых соплей, чем вот это вот всё!

Вопреки оптимистичным прогнозам Сухеи, начальный теневой слой не показался мне таким уж безобидным. Отнюдь. Каждый пройденный по извилистой тропе шаг то и дело сопровождался подлым налётом разношёрстных агрессивных созданий. Благо, что уровень их телесной мощи оставлял желать лучшего.

В основном это были пакостные, атакующие тишком арахниды. Под ногами крутились похожие на крупных земных грызунов кусачие гады, истово желавшие отведать бронированного башмака. Но чаще всего с неба, прямо на голову, пикировали плотоядные птицы, норовя изрешетить острыми ядовитыми клювами благоразумно прикрытую тактической маской маковку.

На поверку летуны оказались хтоническим винегретом из ворон, виверн и гарпий. Как боевая единица летуны ничего из себя не представляли, зато оглушительным хлопаньем перепончатых крыльев и гортанным карканьем лужёных глоток наводили суету, привлекая внимание более крупных теневых выкормышей.

Подмывало немедля вступить в бой и проредить нахальное поголовье крикунов, но я не решалась атаковать напрямую. Мало ли как воспримет первостихия нападение на союзников. Лихоманка, будто мысли прочитав, развеяла несостоятельные опасения:

— Хочешь убивать — убивай, но шибко не шуми. Низшие теневые твари тебе не союзники, это касается любой из тождественных первостихий, а вот с разумными сущностями, ежели они не проявляют агрессию, не стоит идти на конфликт, а коли напали первыми, бей в ответ не раздумывая. Ты эмиссар тёмных первостихий в своём мире. У всякого эмиссара имеются права и обязанности, в том числе право на самооборону.