Онлайн книга «Кодекс Инквизитора. Книга IV»
|
— Что здесь происходит? — громом прогремел зычный, теперь уже генеральский голос. — Понятно! В первый раз, значится? Оружие убрать! Куда суёте, салаги? На предохранители кто ставить будет? — Шорох, свирепо зыркнув на компанию подростков, продолжил менторским тоном: — Подобное с Её Высочеством случается периодически. Ольга Фёдоровна, может, тебе принять привычный облик, а то без пастуха овцы не стадо! Ишь чего удумали, на борту стрельбу устроить! — Не корите, господ, Ваше Превосходительство! Это я, дура грешная, с перепугу пару раз пальнула! — Простите, барыня, бес попутал, не признала! — белугой заревела Дашка. — Счастье-то какое, жива матушка наша! Глашка, чего разлеглась, а ну, вставай живо, Ольга Фёдоровна с того света вернулась! — Пнув сестру в бок, ринулась ко мне обниматься. Что с ними не так, отчего смотрят с опаской? Лишь одна Нова ведёт себя адекватно, решая в уме нетривиальную задачу, какую из пяти мороженок съесть первой. В итоге осторожно откусила со вкусом васаби. Скривив моську, будто лимон проглотила, всучила десерт мне. — Человеки боятся не тебя, а пустоты в глазных впадинах. Первородная стихия страшит и порождает в мозгу когнитивный диссонанс. Старый воин спокоен — его гормональный фон в пределах нормы. Юный самец восхищён и думает, как бы совокупиться с тобой втайне от своей самки: уровень тестостерона в крови возрос на тридцать процентов, наблюдается эрекция полового органа. Прочие в смятении. На последнем слове анчутки раздался хлёсткий звук чапалаха — это Лопухина шамарнула по загривку Безобразова. Я бы добавила от души, но безмятежный голос Новы заставил подойти к зеркалу. Если не обращать внимания на пустые глазницы, то внешние изменения не казались чем-то из ряда вон выходящим. Напротив, лицо стало значимо привлекательней. Полностью исчезла детская округлость и милота. Скулы заострились, щёки чуть ввалились, кожа побледнела, добавляя образу аристократического лоска, линия губ стала жёстче. Вид портили пустотные провалы вместо глаз. Словами так просто и не опишешь, в чём соль. Всё равно что дальтонику разжевать, чем ультрамарин разнится от индиго. Нет у человека или иного существа возможности постичь таинства Первородной Пустоты. Примитивный мозг не способен осмыслить того, о чём не имеет ни малейшего, даже абстрактного представления. Вот я и стояла чуркой деревянной, залипнув на собственное отражение, норовя хоть немного осознать ту мощь, с которой пришлось столкнуться. «Не морщи лобик, княжна. Не думай, а пользуйся. Тебе вообще извилины напрягать вредно. Интеллектуальный процесс лишь тормозит инстинкты. Делегируй обязанности, Оленька. Василиса девочка способная, справится, не сомневайся». «Гой еси, Морана. Чего припёрлась? Позлорадствовать? Твоя никчёмно-способная девочка сперва утопила, а потом сделала меня калекой! Почему я ещё не в Нави? Самолично явилась, чтоб за ручку проводить в царство мёртвых? Не трудись, богиня, дорогу знаю, сама дойду!» «Не ярись, букашка. Не приняла я душонку твою, жалкую, на место воротила. Успеешь ещё писарем в штабе отсидеться, ты мне в поле нужна. Поживи покамест век-другой, а там видно будет». «Вот большое спасибо, удружила! Сама, небось, и устроила диверсию, чтобы я в кабале поглубже увязла. Как с такой рожей жить? В меня крепостная девка стреляла, не признав. Лучшая подруга едва горло не перерезала: Евдокия не чужой человек, она-то и раньше видела, на что я способна, а сейчас будто с цепи сорвалась! Ежели выйду в свет, тут же на костре спалят! А с сердцем-то как быть, чего оно не бьётся?» |