Книга Кодекс Инквизитора. Книга II, страница 127 – Антонио Морале, Ник Росс

Пропустив слова Лё Гран мимо ушей, даже и не подумала опускать очи долу, рассматривая невидальщину с неподдельным интересом. Надо же, живые кицунэ! Вот уж не думала, что когда-нибудь повстречаю эдакое диво дивное!

— Слушай, княжна, а у них четыре уха или только два, те, что на макушке?

— Нагая, говори потише, чего ты орёшь, как потерпевшая, услышат же! Греха не оберёшься! Тебе проблем мало? Хочешь ещё вызов схлопотать? Кимико мёдом не корми, дай подраться, ей и причина не нужна! Два уха у них, а не четыре. Очень сложная магическая операция, затрагивающая мозг. Я не знаю всех деталей — это тайна за семью печатями, но ходили слухи, что сама процедура длится около месяца. Дочери императора вызвались одними из первых. Немалый риск, но отец повёлся на уговоры. Скорее всего, тут дело в престиже: японцы боготворят мифических существ ёкай, быть первопроходцами — великая честь.

— Круто! Ань, а мне пойдёт хвост? — Повернувшись к княжне, игриво повертела задом, а затем, сделав лапки, прогулялась на носочках взад-вперёд, изображая из себя Патрикеевну, что не осталось не замеченным принцессами.

— Ты это нарочно сделала, да? — зашипела Лё Гран, шмыгнув мне за спину.

— Это всё херота виновата, я тут решительно ни при чём! На кой хер ты мне вообще эту дрянь подмешала? — хихикнув, бесцеремонно посмотрела прямо в глаза приближающейся Чернобурке.

— Не в пыльце дело, ты просто кукухой поехала на нервной почве!

Подойдя вплотную, кицунэ, уперев руки в боки, залопотала на хорошем русском, фактически без акцента. Голосок был приятным, но временами сбивался на фальцет, то ли от гнева, то ли ещё от чего.

— Чего ты пялишься на меня, первогодка⁈ У тебя какие-то проблемы?

Кицунэ в ярости — это что-то с чем-то! Любо-дорого поглядеть!

— А можно хвостик потрогать? Он такой пушистый, а ушки вообще отпад! — Подступив вплотную к принцессе, сцапала ту за ухо и слегка пожамкала.

— Анна, прикинь, они как бархат, такие мяконькие, попробуй, не робей! — Посмотрев за спину, Лё Гран не обнаружила: княжна на всех парах летела за группой быстрого реагирования в лице Лопухиной, Яры и Безобразова.

Кицунэ покраснела, затем посерела, вновь покраснела. Дыхание девушки перехватило, глаза едва из орбит не выскочили.

— Лисёнок, тебе плохо? Может, доктора или водички? Нет? Тогда прививку. Думаю, в академии найдётся ветеринар.

— Прививку? — севшим голосом прошептала кицунэ.

— Княжна Нагая намекает на бешенство. Лисы в Российской империи часто становятся переносчиками болезней, охотники их отстреливают, чтобы уберечь скот от падежа. — Серебристая Касуми, спалив базу, подмигнула мне.

— То есть эта невежда назвала нас бешеными?

— Нет, сестра, только тебя. Нам пора, Кимико, пойдём, занятия начнутся с минуты на минуту, — спокойным голосом, как ни в чём не бывало обратилась Серебрушка к Чернобурке.

— Эта… Эта… Оскорбила меня! Она таращилась во все глаза! Трогала уши! Назвала бешеной тварью! Слушай, ты! — ткнув меня в грудь острозаточенным коготком, просипела Кицунэ. — Я вызываю тебя на дуэль! Здесь и сейчас! Бой насмерть! Да я…

Договорить принцесса не успела, рука Касуми зажала рот.

— Ваше Высочество, прошу простить мою сестру за вспыльчивость. Кимико погорячилась. Мы готовы выплатить компенсацию, наш человек прибудет в представительство Зимнего креста сразу же после поединка чести.