Книга Кодекс Инквизитора. Книга II, страница 117 – Антонио Морале, Ник Росс

Ребята встретили вчерашнюю жертву как героя, вернувшегося с войны. Им было совестно смотреть мне в глаза, но я живо развеяла смущение. Никаких обид и претензий. Очутись на их месте, поступила бы точно так же, и дело даже не в том, что своя рубаха ближе к телу, а в строгих законах магической академии, нарушение коих являлось тяжким злодеянием перед короной.

Если и оставались те, кто питал иллюзии на этот счёт, то после образцово-показательной порки персоны царских кровей шоры слетели у всех без исключения. Наша самоволка пришлась как нельзя кстати. Сама того не желая, на блюдечке поднесла королевский подгон деканату.

Семь человек ожидали именно нас, то есть меня, а раз светский раут не предполагался, следовательно, визит полуночников не пророчил ничего хорошего. Подошла, поинтересовалось, чего надобно господам хорошим. Господа оказались представителями Болховского, Закревского и Сольского, их сопровождал весь из себя важный академский чинуша.

— Разрешите представиться, Ваше Высочество! Прошу прощения за столь поздний визит, но дело не терпит отлагательств! Барон фон Клопман, к вашим услугам! — отрапортовал чиновник с таким видом, будто являлся императором галактики, а не занюханным баронишкой.

— Очень приятно, барон. Чем могу быть полезна, как вы сами заметили, в столь поздний час? — вопрошающе изогнув бровь, обратилась к Клопману.

Вот уж точно говорящая фамилия. Какие мерзопакостные усики, так и хочется дёрнуть и вырвать с мясом!

— Ваше Высочество, я как официальный представитель Санкт-Петербургской академии магии спешу уведомить, что вас призвали к ответу господа Болховский, Закревский и Сольский! Обращение официальное, составленное по всем правилам и заверенное канцелярией. — В руке барона волшебным образом появились три конверта, запечатанные сургучом. — Представители вышеперечисленных знатных господ прибыли для того, чтобы засвидетельствовать передачу ноты. Засим спешу откланяться, Ваше Высочество! Имею честь! — Как по команде, семь человек растворились в темноте аллеи, а я осталась стоять, недоумевая, кто ж меня проклял.

— Ну и чего рты разинули, болезные? Пошли в дом, что ли, ноту читать. — Бодро взбежав вверх по ступеням, оставила за спиной ничего не понимающих друзей.

А чего тут понимать? С князем замириться не успела — вот и прилетела ответка за плюху в студенческой едальне. Взыграла молодая кровь, имперская Россия — это вам не филиал института благородных девиц, а мечта феминисток моего прежнего мира. Равенство полов, возведённое в абсолют, где мужчина может спросить с женщины по-взрослому, а женщина ответить той же монетой.

Дама задела честь — не беда, убей её на арене, если не боишься последствий. Войны родов, например. Именно поэтому дуэли не являлись популярным методом решения проблем, особенно среди старшего поколения аристократов, которые привыкли обсуждать назревшие вопросы за столом переговоров.

Вызовом на поединок крови грешила вспыльчивая благородная молодь, часто доставляя неприятности главам родов. Но в моём случае налицо коллективный сговор с одобрения старших. Иначе как объяснить официальную ноту? Чтобы её подготовить, необходима санкция. Судя по всему, некто ушлый счёл: раз я одна, значит, слаба. Личную гвардию в расчёт не брали. Триста клинков не та сила, которую следует опасаться. Здесь каждый встречный-поперечный аристо имел за спиной батальон ратников.