Книга Кодекс Инквизитора. Книга I, страница 45 – Антонио Морале, Ник Росс

— Бабку свою отблагодаришь, при случае. Служила она мне, но, спутавшись с Макошью, предала, а у меня с отступниками разговор короткий. Взыграла кровь, когда увидала, кто пожаловал в мои владения. Извиняться не буду! Много чести для человека. По-хорошему — выдрать бы тебе язык за дерзость! Да глаза выжечь калёным железом, а вслед за тем — на костёр, в компанию к лиходейкам. Лет на двести, пока ума-разума не наберёшься!

— Предложение слушать будешь? Если нет, то пошла я отсюда, злая ты. Совсем одичала в этой глухомани. — Развернувшись на пятках, вознамерилась двинуть восвояси, но на плечи легли крепкие стылые ладони, пронзив тело жутким холодом.

Шею свернёт и не почешется. Какие сильные пальцы, даром что женские. Этакими подковы гнуть да пятаки мять.

— Милости прошу, княжна. Пошли в дом, там и поговорим. Отведаешь и хлеба, и соли. А может, чего покрепче? Медовуха у меня вызрела. Не побрезгуй!

В голосе Мораны было столько елея и скрытой угрозы, что кочевряжиться не стала.

Палку лучше не перегибать. Богиня хоть и слаба, но от этого не перестала быть богиней. Я на своей коже прочувствовала те крохи силы, что в ней остались, а сломанная ключица будет ещё долго срастаться.

За спиной хлопнула входная дверь, будто остатний гвоздь в крышку гроба забили. Я огляделась по сторонам: а что, уютненько. Высоченный расписной потолок, выскобленный добела пол. Стены украшены гобеленами. Огромная русская печь, отделанная изразцами. Исполинских размеров дубовый стол и лавки возле. У витражного окна стоит прялка. Сказка — ложь, да в ней намёк. Древние сказания и былины оживали на глазах. Ещё месяц назад я и помышлять не могла, что буду смотреть, как древняя богиня суетится по дому, собирая нехитрую снедь.

В горнице было светло. Всюду горели бездымные магические лучины, бросая причудливые тени на пригожее лицо Мары. Сейчас она никак не походила на снежную бурю во плоти. Простая девушка, разве что очень высокая, стройная и ладная. Такой гармонии не встретишь в привычном мире. Предания о Моране не преувеличивали, а напротив, преуменьшали её достоинства. Будь я мужиком, втрескалась бы без оглядки.

— Я так понимаю, миров много, а Навь одна? — дожёвывая медовый пряник, обратилась к богине.

— Верно, княжна. Явь, Навь, Правь — нулевые миры, где верховодят славянские боги. Привычных мультивселенных не так много, как ты думаешь. Пару десятков всего, да и появились они не так давно. Всего-то полторы тысячи лет назад. Случился рукотворный сбой в работе системы — исконная вселенная продублировала саму себя. Кто и с какой целью устроил глобальный катаклизм — не скажу, ибо не ведаю. Задай вопрос той, кому служишь, уж она-то знает наверняка. Хорошего в этом мало. Люди, получив неконтролируемый доступ к магии, почуяли в себе силу и отвернулись от богов. Наша эра закончилась, Ольга. — Мара, прихлебнув ароматный чай, печально взглянула на меня.

— Мой первый мир и был изначальным, так ведь? В нём вовсе не было магии до прихода системы.

— Всё верно. Кроме одного. Магия была, но очень давно. Человеческая цивилизация не первая и, возможно, не последняя. В ваш мир пришла Она, а если это случилось, то, скорее всего, свершится очередной виток эволюции.

— Разломы и прочие аномалии в моём нынешнем мире — последствия того самого катаклизма? — уцепив пряник, продолжила выпытывать у Мораны ценную информацию.