Книга Каменные джунгли, страница 114 – Антонио Морале

— Гибсон снимался в рекламе японского пива, — упрямо проявил осведомлённость Джимми. — Он там катался на байке и играл на саксофоне.

— Угу, — буркнула Мишель. — А Уиллис снимался в рекламе «Subaru», а Сталлоне рекламировал японские сосиски. Арнольд вообще берет по два миллиона долларов наличными просто за то, чтобы в нелепом костюме выпить банку энергетика в токийском ролике, который никто в Штатах никогда не увидит. Но всё это за пределами Америки. Для местной охранной фирмы они не сфотографируются даже за десять миллионов.

— Чёрт… — разочарованно выдохнул байкер, сдувшись, как проколотая шина. — Грёбаный Голливуд с их правилами…

— Добро пожаловать в большой бизнес, мальчики! — усмехнулась блондинка. — Звёзды Голливуда — это ненужный и слишком дорогой пафос.

— Мишель права, — кивнул я. — Зачем нам переплачивать зажравшимся миллионерам? Мы в Лос-Анджелесе. Город набит голодными, фактурными актёрами, которые через пару лет будут стоить десятки миллионов, а сегодня готовы работать за этот самый гамбургер.

Джимми с надеждой во взгляде уставился на меня, а Мишель заинтересованно прищурилась.

— И у тебя, конечно же, есть кто-то на примете? — скептически хмыкнула она.

— Эрик Робертс, например, — осторожно предложил я, пытаясь припомнить, насколько он уже был знаменит в девяносто втором.

— Робертс⁈ — Мишель поперхнулась воздухом и посмотрела на меня как на сумасшедшего. — Алекс, он номинировался на «Оскар», и он родной брат Джулии Робертс! Его агент даже трубку не снимет, если мы предложим меньше миллиона долларов. Ты же сам сказал, что нужны неизвестные люди, а не голливудская элита!

— Тогда… Микки Рурк! — вспомнил я ещё одного брутального парня.

— О, да! Просто идеальный кандидат для банды байкеров! — саркастично усмехнулась блондинка. — Алекс, ты издеваешься? Мы об одном и том же Рурке говорим? Это тот самый Микки Рурк из «Девяти с половиной недель»? Он мировая звезда и один из самых высокооплачиваемых актёров Голливуда. За ваши центы он даже с дивана не встанет. Кроме того, он в прошлом году послал кино к чёрту и ушел в профессиональный бокс. Прямо сейчас ему на ринге отбивают остатки мозгов. Многие в Голливуде считают его сумасшедшим — променять карьеру в кино на удары по голове… — осуждающе покачала она головой.

— Ладно, — я задумчиво потер подбородок, копаясь в закоулках памяти. — А как насчёт… парня и девушки на билборды? Дженнифер Лопес… Молодая, симпатичная. Ей сейчас лет двадцать, но я уверен, она наверняка станет звездой.

— Лопес? — нахмурилась Мишель. — Не слышала о такой… Кто она?

— Начинающая актриса. Видел её в каком-то шоу по телеку… Молодая, горячая, спортивная латиноамериканка. Идеально для привлечения внимания. Или Кэмерон Диас…

— Первый раз слышу, — помотала головой Мишель. — Тоже актриса?

— Модель. Мне как-то попадалось её фото в журналах. Стройная симпатичная блондинка с отличной фигурой. Прям как ты, — усмехнулся я. — Думаю, она не откажется сняться за обычный модельный гонорар.

— Нам нужен ещё мужчина, — напомнила Мишель, проигнорировав мою подколку про симпатичную блондинку.

— Хм… Записывай, — хмыкнул я, вспомнив сразу несколько подходящих будущих голливудских звёзд, на которых популярность обрушилась точно после девяносто второго года. — Для образа элитного шефа безопасности в костюме можно взять парня по имени Джордж Клуни. Сейчас он перебивается дешевыми эпизодами на ТВ и снимается во всяком низкосортном мусоре. Но года через три-четыре, я уверен, он станет главным секс-символом страны, а у нас будут эксклюзивные права на билборд с его лицом.