Онлайн книга «Несносный босс или курс выживания для миллиардера»
|
Бум-бум-бум. Бум-бум-бум. Или это у меня в ушах концерт? У-у-у. А еще спина. И ноги. И руки. И все тело тоже на месте и ужасно, адски ноет! Так,будто я вчера выписывала охрененные акробатические этюды. Я же… не же… мы же… ЧЕРТ! Осознание прошибает мгновенно. Да так, что волоски на спине зашевелились и встали дыбом, а меня бросает в холодный пот. Я и Котов. Котов и я. Мы… — Че-е-ерт, – морщусь и скулю, как мне кажется, шепотом, но даже этот звук отдается адским гулом в разрывающейся от боли голове. Это же надо было так… нет, не так, а вот ТАК колоссально влипнуть! Черт, черт, черт! Аристова! Переворачиваюсь на спину и прислушиваюсь к своему телу. Ноет. Да. Но это, черт побери, приятная ноющая боль! И нет, сомнений быть не может, хоть я, похоже и была охреннено пьяна, но помню. Отголоски этой ночи до сих пор в голове, и стоит только воскресить картинки… М-м-м. Боже это было… М-м-м! В следующий раз, когда я спрошу, почему бабы сами залезают под Котова, дорогая судьба, напомни мне, пожалуйста, что я и сама поступила не многим лучше. Мне стыдно. Мне очень-очень стыдно от того, что меня до сих пор при воспоминаниях о его руках, губах и всех остальных умелых частях тела бросает то в жар, то в холод, а сердце начинает колотиться быстрей. Пальчики на ногах подгибаются, а губу приходится закусить, потому что наружу рвется стон. Нет-нет. Это похмелье. Точно. Это из-за него сейчас где-то внутри снова распаляется предательский огонечек и… — У-у-уф! – шепчу и, злая на себя и на весь белый свет, переворачиваюсь на бок. Открываю глаза, собираю их в кучу от яркого бьющего в окно уже точно дневного света и… встречаюсь взглядом с Антоном. Он лежит на соседней подушке. Одна рука под головой, а вторая… а вторая, только сейчас я понимаю, что у меня на…. на там, где ее быть не должно. На попе! Мужчина лежит и с легкой улыбкой смотрит на меня. На красную, как самый красный в мире цвет, меня. В горле пересыхает, а кровь стучать по вискам начинает в разы быстрее. А он молчит. Молчит и смотрит. И нет, я не пойму выражение его лица. И что читается в его красивых глазах, тоже не пойму. Слишком там, в этой зелени летнего луга, тепло. Стоп! Красивых глаза? Ну, д-д-да. Невероятно красивых. Уй, Аристова, лучше заткнись! Даже если ты и болтаешь мысленно, но чем дальше, тем больше “закапываешь” сама себя. А тем временем: — Доброе утро, – говорит Антон тихим голосом с легкой хрипотцой со сна. Такой милый и помятый. С растрепанной шевелюрой, в которой хочется зарыться пальчиками. — Доброе, – и не пойму, это я так звучно выдохнула или и правда сказала? Подтянула повыше покрывало и… и все. Больше моей смелости ни на что не хватило. Даже когда его ладонь погладив мою ягодицу, бесстыже сжала ее,и… и мое сердце улетело в пятки. Но прекратить я это безобразие отчего-то не решилась. — Как… что… — Как спалось? – прерывает мои потуги заговорить Котов, которого это “доброе” утро, кажется, совершенно не смущает и не пугает, а забавляет. Тогда как уровень неловкости в моей крови заоблачный. — Эм… хорошо. Даже… очень. Заткнись, Полина! Заткнии-и-ись! — Да? – ухмыляется котяра, и сообразить не успеваю, как он нависает надо мной, пререкрывая доступ света, кислорода и трезвых мыслей. — Угу, – пищу, кивая, и упираюсь ладошкой в голую мужскую грудь, второй рукой до подбородка натягивая покрывало и стыдливо пряча свою наготу. – Что ты делаешь? – выдыхаю возмущенно, когда ладонь Котова на моей попе приходит в движение, начиная поглаживать бедра. |