Книга Брак по расчету, страница 36 – Анна Мишина

Рабочий день проходит нормально, в целом. Но я, будто что-то предчувствую, вглядываюсь в каждого посетителя. Ближе к вечеру уже сама себя одергиваю.

Хватит так нервничать. От того, что вся на нервах, даже поесть не смогла. Нужно отпустить ситуацию. И все.

Но стоило только мысленно себя отругать, как цепляюсь взглядом за машину, что стоит у обочины на той стороне дороги. Такие машины тут появляются редко. Я даже уверенно могу сказать, здесь я таких и не видела. А вот в Москве…

Озноб пробирает до костей.

Вижу, что окно с водительской стороны приоткрыто немного.

— Не дергайся, Юля, – бубню себе под нос.

К концу смены и посетителей немного. Стараюсь не показывать виду, что заметила машину. Мне всего лишь нужно закрыть точку и задворками уйти домой. Но как это сделать незаметно? Я здесь – как на ладони.

Черт-черт-черт!

Но спустя минут десять моих мысленных метаний машина исчезает. И я нервно усмехаюсь. Вот дура, накрутила себя по самое небалуй. Рядом же пара сетевых магазинов. С чего придумала, что по мою душу?

Чуть выдохнув и расслабившись, закрываюсь. Забегаю в магазин, нужно купить продуктов. А потом, как и планировала, сворачиваю в проулок и тороплюсь домой.

Прибавляю шаг, когда до слуха доносится шуршание колес. Сердце сбивается с ритма, ускоряясь от накатывающей паники до предела. Я слышу, что за мной едет машина. Отхожу в сторону, пропуская. Но машина не торопится обгонять.

Оглядываться боюсь. Пытаюсь понять, куда мне свернуть, чтобы они не доехали со мной до дома. Боковым зрением нахожу тропинку между домов. Здесь я смогу быстро уйти.

Останавливаюсь и оборачиваюсь.

Машина тоже останавливается. Стекла тонированы до такой степени, что ни водителя, ни его пассажира, если он есть, не видно.

Но я чувствую взгляд.

Наконец тишину разрезает щелчок, с которым открывается водительская дверь, и выходит парень.

Тот самый, которого описала Саша. Высокий блондин. На лице улыбка. Хотя я прекрасно понимаю, что она ничего хорошего не значит.

— Привет, Юленька, давно не виделись.

От этого его “Юленька” холодок по коже.

Уже сейчас внутренний голос кричит: “Беги! БЕГИ!”.

Но я стою, как вкопанная, и смотрю ему в глаза. В холодные, колючие, злые. Его внешность с таким взглядом совсем не вяжется. Симпатичный парень, болтун, весельчак. А взгляд – злой. Но не сразу на это обращаешь внимание. А когда обращаешь, уже, как правило, поздно.

Как кролик перед удавом.

Сердце лупит в самом горле, готовое вот-вот выпрыгнуть.

— А чего мы такие неприветливые? – опирается о капот машины задницей и “улыбается”, руки на груди складывает.

Молчу. Язык будто присох к нёбу. И слова выдавить не могу. А должна говорить, должна давать отпор.

— Я соскучился, – склоняет голову на бок и скользит ленивым взглядом по мне.

От этого меня передергивает. Хочется спрятаться.

— Не могу сказать тебе того же самого, – наконец удается ответить.

— Жаль, – хмыкает, будто и не ожидал от меня другого ответа.

— Зачем приехал?

— Я же сказал, соскучился. Повидаться вот приехал. Как старые, добрые друзья. Я же могу? – вздергивает бровь.

— Нет. Мы не друзья, – огрызаюсь.

— Жаль, что ты так думаешь. Я вот иного мнения.

Вся эта болтовня, пустая трата времени. Я догадываюсь, почему он приехал. И это бесит.

— Говорят, твой старик откинулся, – ковыряет носком ботинка землю. – Сочувствую, – звучит с издевкой. – Как ты теперь одна?