Книга Брак по расчету, страница 119 – Анна Мишина

Горит свет.

В палате пять женщин в возрасте. На шестой койке у окна замечаю бабушку.

— Егоровна, смотри кто к тебе пришел, – кивает в мою сторону.

— Юля, – улыбается бабуля.

— Ну все, не шумите сильно. Не волнуй бабулю, ей нельзя, – дает наказ. – А вы – на анализы, – кого-то зовет.

Прохожу к бабуле. Ставлю пакет на тумбочку у ее кровати.

Обнимаемся.

Бабушка и так низенькая. А сейчас такое ощущение, что она стала еще меньше, еще старее. Так стыдно перед ней.

— Ты как тут? – оглядывает меня внимательно.

— Вчера еще с Лией приехали. Как только Саша позвонила и все рассказала. Но вчера к тебе не пустила.

— И правильно сделала. Вчера на капельницах пролежала. Сегодня вот, уже измеряли давление, нормализовалось. Еще пару дней понаблюдают и, может, выпишут.

Присаживается на край койки, а я на стул рядом.

— Давно как тебя не видела. Похорошела. Щечки, вон, появились.

Краснею под ее пытливым взглядом. Если же я ей раньше хотела рассказать про Владимира, то сейчас понимаю, что нельзя.

— Рассказывай, как вы там? Как справляешься?

— Да ничего. Все хорошо. Работаю в хорошем месте, платят хорошо. Лия в сад ходит. Ей нравится. Поступила учиться.

— Все как ты хотела, – одобрительно кивает. – Давай, организуй чаек, а то еще завтрака не было. Но уже и поесть хочется.

Нахожу где взять кипяток. Завариваю чай в пакетиках. Выкладываю на стол печенье с конфетками. Садимся с ней.

Обхватываю стакан пальцами. И понимаю, что сделала глупость, так как бабушка цепляется взглядом за кольцо.

— Юль, – хмурится, – а это что у тебя такое?

— Украшение, – стараюсь выглядеть спокойной.

— Украшение? Которое похоже на обручальное кольцо? Юль, ты мне врешь, наверное?

Черт! Кольцо! Оно сидит как родное, что я его не чувствую. Поэтому даже не вспомнила о нем.

Вся легенда по одному месту полетела…

— Я не хочу тебя волновать, баб, – отставляю стакан в сторону.

— Уже, Юля, уже, – вздыхает бабушка. – Больше всего ты тогда нас с матерью разволновала, когда Лией беременна была. Что на этот раз?

Снова это жуткое чувство вины. Будто кого-то подвела. Словно что-то не то сделала. Что-то постыдное, неприятное, ужасное…

Закусываю щеку изнутри. Но от пытливого взгляда бабушки никуда не деться.

— Доброе утро, – в палату входит мужчина в халате. Врач. – А что это у нас посетители в неположенное для посещений время? – хмурится.

— Это ко мне, Степан Дмитрич, – говорит бабушка. – Попросила пропустить внучку. Давно не видела.

— Чтобы было в последний раз. А то никакой вам выписки пораньше, Вера Егоровна, – бубнит мужчина. – Выйдите, пожалуйста. Сейчас обход пройдет, войдете, – говорит мне.

А я и рада быстрее выйти. Хоть немного отсрочить разговор с любимой родственницей. Что и делаю, выходя из палаты, и сажусь на скамейку у стены. Затылком откидываюсь назад. Медленно вдыхаю и выдыхаю.

Из-за двери слышится голос врача. Прислушиваться бесполезно, все равно ничего не понять. Попозже подойду, узнаю, как у бабушки обстоят дела со здоровьем. Опускаю голову, утыкаясь взглядом в кольцо. Надо было снять. А рука не поднимается этого сделать. Обхватываю пальцами другой руки колечко. Кручу его на пальце.

— Мужчина, вы куда?! – слышу недовольный возглас медсестры.

— Мне нужно к Вере Егоровне, – заявляет с уверенностью знакомый голос.