Книга Ламира. Глаза цвета ночи, страница 43 – Майя Марук

Девушка, от рук магов – недоучек, не пострадает. Халли не даст к ней подойти. А вот учеников, взращённых с самых пеленок, было жалко.

Лирад уже открыл дверь и сделал шаг в коридор, как из глубины палаты донесся странный звук. Волк прыгнул на лапы и жалобно заскулил. Мужчина оглянулся, сделал несколько судорожных вдохов и бросился вперед:

— Очнулась!

Регина

Под потолком зажглись огоньки. Тусклый свет хоть и не слепил, как солнце Амонна, но все равно вызывал дискомфорт. Пришлось проморгаться, прежде чем зрение вернуло четкость очертаний.

— Вы меня понимаете, лимма?

Наконец-то смогла сфокусировать взгляд. Возле кровати стоял мужчина неопределенного возраста, неопределенного роста, непонятной профессии. На первый взгляд, незнакомец напоминал чокнутого профессора из американского комикса. Волосы с пятнами седины торчали в разные стороны, очки сползли на самый кончик носа, длинные узловатые пальцы нервно барабанили по деревянному борту кровати.

— Где я?

— Эрем. Граница Шахси и Сирана. Восточный рубеж.

Этот набор слов мне ни о чем не сказал. Но для надежности кивнула и осмотрелась. В ушах еще стоял плач Лиама и сосредоточиться на реальности было сложно. Все казалось чистым сюром. В том числе и помещение, где я находилась. Оно было похоже на смесь больничной палаты с номером в классической таверне из черно-белого вестерна. Деревянные стены, пол, ставни на окнах. Под потолком парили несколько магических светильников, стилизованных под керосинки. Правда, огня в этих самых керосинках не было. Только ровный теплый свет.

На мысли о больничной палате наталкивали ширма, стеллаж с колбами и специфический запах. Он отличался от привычного, земного. Но общие нотки определенно там были.

— Мое имя Лирад. Лирад Ранш. Я главный лекарь. – Представился мужчина.

— Регина. – В горле першило. Корень языка припух.

— Ваш род? – Вместо ответа отрицательно покачала головой.

Вряд ли фамилия Гаратова сможет вписаться в местный колорит. А называться именем кого-то из несостоявшихся мужей глупо. Во-первых, могут рассекретить. Во-вторых, шатер сгорел. Скорее всего, сейчас мужчины отправляют мои мифические останки в последний путь и открывают шампанское в честь нового витка свободы. Интересно, есть ли у них вообще шампанское?

— Вы помните, что произошло? – Не унимался доктор.

— Пожар.

— Да, - мужчина робко улыбнулся, - я видел. Что было до него?

— Не знаю. Я проснулась, когда все вокруг горело. Портал….

Горло сжалось. То ли от ужаса, то ли от последствий пожара. К счастью, мозги у меня работают с функцией отложенного осознания. Я пока не поняла, какой участи избежала. И эти несколько ожогов на теле, меньшее из зол.

— Можете описать пламя? – Осторожно спросил лекарь и тут же пояснил: - мне необходимо понять, какой вид эфира нанес эти повреждения, - узловатый палец указал на красный кусок кожи, - иначе раны залечить не удастся.

— Я не знаю.

— Опишите огонь.

— Обычный, ярко-оранжевый с красными всполохами. – Начала вспоминать детали. – Распространялся очень быстро. И не было дыма.

Врач нахмурился, поправил очки, спрятал руки под лацканы шерстяного блейзера. Если, конечно, это старомодное нечто из шерсти можно было назвать блейзером. Мозг, ошалевший от такого количества событий, пытался найти в новом мире привычные вещи.