Книга Мархарат. Свидание с демоном, страница 64 – Майя Марук

Я обошла участок и подошла к сараю. А за сараем оказался целый скотный двор: две коровы, с пару десятков кур, утки, поросята и козы. Только все это хозяйство вело себя подозрительно тихо. Возмущались только коровы, которых забыли вовремя доить.

— Странно это все.

Я вернулась к крыльцу и постучала. Мне никто не ответил. Нужно было точно уходить, но рука сама толкнула дверь и я оказалась в светлой комнате. Светлой, но не убраной. На столе стояли тарелки с салом, заветренной рыбой и картошкой, в прозрачном квасе плавали несколько мух. На полу, посередине комнаты, валялась кочерга, а одна из занавесок была порвана. От удивления я не сразу услышала робкие всхлипы. Повернула голову и только сейчас увидела девушку, калачиком свернувшуюся на печке.

— Гала? Это ты?

Девушка испугалась и резко села. Это была Гала. Только если бы я встретила ее на улице, то ни за что бы не узнала. Гала всегда славилась крутыми формами, здоровым румянцем и бойким характером. А сейчас на меня смотрела осунувшаяся, бледная, с опавшей грудью и прядями седых волос, женщина.

— Пана? — всхлипнула девушка и соскочила с печи. — С чем Леля вас отправила?

— Я… — зачем я пришла, так и не придумала. — Что с тобой случилось?

— Со мной? — Она попыталась изобразить удивление. Получилось очень плохо. — Спасибо Леле, все идет своим чередом.

— А где мать с отцом?

— В городе. По утру должны будут возвратиться.

— А братья?

— С ними. У Гайна же возраст!

Под словом возраст, подразумевалось десятилетие. Для мальчиков это была та первая ступень, когда их отвозили к святому для семьи месту, чтобы показать богам, что ребенок выжил, и теперь может служить своему божеству.

— Я забыла. А ты хорошо себя чувствуешь?

— Очень. — Гала растянула губы в улыбке, и тонкая кожа на губе треснула, а девушка как-то неловко завалилась на бок. — Неуклюжа я!

Они попыталась встать, но ноги подкосились. Теперь понятно, почему скотину никто не отправил на пастбище.

— Гала, ты беременна? — Девушка замерла, с ужасом и недоверием глядя на меня. — Тебя Языр на любовь уговорил? — Спросила иначе, опасаясь что слова «беременность» сейчас слишком сложное для понимания.

— Пана, ты только мамке не говори! Мне повитуха отвар дала. Дитенак уйдет. Сам.

В этот момент мне одновременно захотелось и рыдать, и смеяться.

Повитуха, дитенок… В глазах девушки плескался неподдельный ужас. Я уже не могла ей сопереживать. Правда, не могла.

— Пана! Ты не расскажешь?

— Давно беременна? — Девушка несколько раз непонимающе моргнула. — Кровь давно шла?

— Две луны назад. Или три.

Я, конечно, не была повитухой, но что-то мне подсказывало, что трава мариса, которой пахло в избе, здесь уже не поможет. Я посмотрела на Галу. Для Мархарата она была уже взрослой женщиной. Даже замужем была. Но недолго. Замуж Галу выдали в соседнюю деревню несколько лет назад, как только она достигла «первого цвета». Но муж то ли умер от халеры, то ли от какой-то другой заразы. Забеременеть тогда девушка не успела и в соответствии с традициями вернулась в родительский дом. Но, несмотря на опыт, и визуальную взрослость, на меня смотрела растерянная девочка.

— Можешь не пить отвар. Он не поможет.

— Бабка сказала, что поможет.

— Не поможет. Языр был упырем.

— Нееет!