Книга Над пропастью во лжи. Том 2, страница 57 – Майя Марук

Теперь кивал Раймонд. Другого решения от Стольного он и не ожидал. История с преднамеренным умерщвлением детей задела адвоката до глубины души. Он планировал задействовать весь доступный ресурс, в том числе и Антона, чтобы посадить ублюдков до конца жизни.

— На автора этой хрени тоже напиши заявление.

— С каких пор, ты мстишь журналистам?

— Это не месть. Это репутационные издержки.

— И в какую сумму ты эти издержки оцениваешь?

— А сколько нужно, чтобы их закрыть?

— Не много. Написать жалобу в «АрдИрад». Редакция находится на их платформе. Учитывая твою персону, материал уберут в течение пары часов. С извинениями.

— Займись этим.

Адвокат кивнул. Антон отключил связь. Посмотрел на часы и снова поцеловал макушку любимой женщины. По рукам побежали мурашки. Сердце заработало с удвоенной силой. Еще никогда Антон Стольный не чувствовал себя таким цельным и счастливым.

Маша

Тягучий сон никак не заканчивался. Я понимала, что сплю и никак не могла сбросить с себя это теплое одеяло. Вокруг витал запах апельсинов. В голове прыгали мысли о том, что я еще не успела сделать: напомнить шефу про звонки, заказать обед, отправить Брилю карточки, заглянуть в архив. А еще, позвонить Томе. Спросить как у них с малышом дела. И нагрянуть в гости к Юльке. Давно у нас не было девичьих посиделок. Но все эти мысли шли ленивым фоном в уютном мареве.

Сколько времени прошло, сказать было сложно. Двадцать минут, десять или несколько часов. Глаза открыла уже в полной темноте. Несколько минут не могла понять где нахожусь. Где-то тикали часы. Голова лежала на чем-то твердом. А еще, кто-то дышал мне прямо в макушку. Тяжелая рука прижимала талию.

Вспомнила, что произошло несколько часов назад. Сообщение с Марса, истерика, появление Стольного. Мы остались на диване. Вот только диван был каким-то твердым. Сообразив, что было дальше, вздрогнула. В такую неловкую ситуацию я еще не попадала. Чтобы хоть как-то снизить градус стыда, попробовала осторожно подняться. Так, чтобы не разбудить мужчину и трусливо сбежать домой, пока он спит. А завтра притвориться больной. А лучше, тихонько уволиться.

Осуществить план не успела. Стоило приподняться, как тяжелая рука перехватила запястье, а вторая вернула меня «на место». Стольный открыл глаза.

— Не уходи. — Прошептал мужчина. — Еще можно спать.

— Я… Там…

— Рабочий день окончен.

Мужская рука переместилась к шее. Я нависала над лежащим, на спине начальником. И радовалась, что в кабинете было темно и не видно, как я покраснела до кончиков ушей от стыда и возбуждения. Ничего не видела, кроме глаз начальника. Казалось, они светились в темноте.

— Нужно домой.

— Не нужно. Как ты себя чувствуешь?

Вторая рука скользнула под пиджак. Даже сквозь тонкую ткань блузки его прикосновения обжигали. Дыхание стало тяжелым. Рука поднялась вверх. Остановилась между лопаток.

— Нормально. — Произнесла почти шепотом.

— Ты такая красивая.

Выдохнул мужчина. От смущения закусила губу. Хотелось отругать себя за глупость. И за безрассудство. Но уже ничего не соображала.

— Антон Робертович, я…

— Просто Антон…

Антон

Он честно пытался себя уговаривать подождать. Действовать постепенно. Приучать ее к себе шаг за шагом. Даже придумал план, как завоевать доверие помощницы в свете новой информации. Проводить домой, завтраки, обеды. Возможно, подключить к одному из проектов. Чтобы Маше пришлось больше времени проводить вместе с ним.