Книга Развод с генералом драконов. Ты не достоин быть отцом тройни, страница 45 – Леона Браун

Тишина. Гулкая, страшная.

— Я предлагаю тебе выбор, — говорю я, глядя прямо в его тёмные глаза. — Давай попробуем это наладить. По-настоящему. Если ты готов отпустить прошлое, если готов рискнуть и провести со мной слияние душ, если готов строить семью, а не просто делить постель — я согласна. Мы будем работать над этим. Вместе.

Пауза. Я делаю глубокий вдох.

— Если нет, — голос срывается, но я держусь, — если ты не готов или не хочешь... тогда я не вижу смысла в нашем браке. Тогда... развод.

Последнее слово падает в тишину, как камень в воду. Круги расходятся, и я вижу, как Аэрон бледнеет ещё сильнее, как в его глазах вспыхивает что-то — страх? Понимание?

— Азалиэль, ты не можешь всерьёз...

— Могу, — перебиваю я. — И всерьёз. Я не хочу жить вполсилы. Не хочу быть женщиной, которой замену ищут. Я хочу любви. Настоящей. Полной. Или никакой.

Он молчит. Долго, очень долго. Смотрит на свои руки, на пол, куда угодно, только не на меня.

— Я... мне нужно подумать, — наконец выдавливает он.

И в этот момент я понимаю всё. Если бы он любил по-настоящему, он бы не думал. Он бы сказал «да» сразу, не раздумывая. Он бы упал на колени, обнял, поклялся, что готов на всё.

А он думает.

— Думай, — говорю я тихо и ложусь, снова поворачиваясь к нему спиной. — Только недолго. Я устала ждать.

Он ещё сидит какое-то время, потом тяжело поднимается и идёт на свою половину кровати. Ложится, но не прикасается, не обнимает, даже «спокойной ночи» не говорит.

А я лежу и смотрю в темноту. И впервые за долгое время чувствую... облегчение. Потому что правда сказана. Потому что выбор теперь за ним.

А если он выберет не меня — что ж, значит, не судьба. Значит, где-то там, в этом огромном мире, есть тот, кто примет мою душу целиком. Без остатка. Без оговорок. Пусть для эльфов повторные браки неприемлемы, но мой брак с Аэроном и не считается полноценным.

И почему-то перед глазами снова встают золотые крылья и небесно-голубые глаза.

Я зажмуриваюсь, прогоняя видение. Не время. Не место. Нельзя. Но сердце предательски ёкает.

Просыпаюсь от аромата, от которого сердце пропускает удар. Ягодный чай. Мой любимый — с лесными ягодами, мятой и капелькой мёда. Тот самый, который Аэрон никогда не мог запомнить, путая с каким-то травяным сбором.

Открываю глаза и вижу мужа.

Он сидит на краю кровати, одетый, свежий, с лёгкой улыбкой на лице. На прикроватном столике дымится чашка с чаем, а рядом — тарелка с пирожными. Моими любимыми. Те самые, с воздушным кремом и свежей клубникой, из той маленькой кондитерской, куда мы ходили только в самом начале наших отношений.

— Доброе утро, — голос Аэрона звучит мягко, почти нежно. — Решил, что после вчерашнего тебе нужен завтрак в постель.

Я приподнимаюсь на подушках, всё ещё не до конца понимая, реальность это или сон. Аэрон? Завтрак в постель? Два дня подряд? После того, что было между нами вчера вечером?

Он словно читает мои мысли.

— Я всю ночь не спал, — говорит он тихо. — Лежал и думал над твоими словами. Каждое слово. Ты была права. Во всём.

Я молчу, только смотрю на него. В его тёмных глазах вижу что-то новое. То, чего я не видела давно. Искренность? Решимость?

— Я хочу измениться, Азалиэль, — продолжает он, беря мою руку в свою. Ладонь у него тёплая, чуть шершавая. — Хочу быть тем мужем, которого ты заслуживаешь. Хочу настоящей семьи. С тобой. Я готов на всё. На слияние душ, на призыв ребёнка, на всё, что ты скажешь.