Онлайн книга «Творец. Книга первая»
|
— У пациента огнестрельное ранение верхнего отдела грудной клетки. Зашивали подключичную артерию, сильная кровопотеря, кость задета слегка, здесь повезло, только трещина. В общем, — он потёр переносицу, — операция прошла относительно хорошо. Сейчас он в реанимации, за ним понаблюдают ещё какое-то время. Как станет лучше, переведут в палату. Сразу говорю, сейчас к нему нельзя. Вот в палату будет можно, — мужчина перевёл взгляд на окно. Светало. Серый цвет пасмурного утра вгонял в тоску ещё больше. Врач вздохнул и добавил: — Сейчас езжайте домой, здесь от вас никакого толку, — после этого доктор развернулся на сто восемьдесят градусов и исчез в дверях операционного блока. Я с облегчением выдохнула. Напряжение последних нескольких часов схлынуло, оставив за собой гул в ушах и дикую слабость. Посмотрев на друга, я с горько-усталым удивлением поняла, что Дима молча сидел на жёстком больничном стуле и вовсе не спешил возвращаться домой. Сейчас он, такой невозмутимый, сильный и уверенный, в задумчивости смотрел словно сквозь стену и по обыкновению перекатывал зубочистку на языке. Уверена, что и пульс его в эту минуту был размереннее некуда, но каким-то задним умом или шестым чувством я ощущала незримую тревогу, исходящую от него. Было ли это беспокойство за чужого человека, находящегося на грани, или запоздалое осознание страшной ситуации, я не знала. Дима не из тех людей, кто охотно делится своими переживаниями. Выйдя из ступора, он коротко скомандовал: — Поехали. Я не нашла в себе сил сопротивляться, была вымотана до предела и поэтому покорно пошла вслед за ним. А на выходе мы почти столкнулись с влетевшей в больницу словно торнадо высокой брюнеткой. На часах в холле было 6:23, а она уже выглядела, как с обложки глянцевого журнала: укладка модного каре волосок к волоску, сложный многоуровневый мейкап со всеми возможными тонами и оттенками, сияющая кожа, выразительные глаза. Одежду я особо не рассмотрела, но что-то было из разряда «белый верх, чёрный низ». И шпильки. Это я поняла по характерному цокоту, разлетающемуся по пустому холлу. Удивительно, как я всё это смогла уловить? Либо во мне отозвалась часть натуры художника, либо обострилось чутьё влюблённой женщины, потому что сквозь закрывающиеся двери я услышала фразу, адресованную девушке, сидящей за стойкой приёмного покоя: — Орлов в какой палате? Глава 14 Мария ноябрь 2020 года Спустя почти час езды в полном молчании, я чуть не сошла с ума, а автомобиль подъехал к зданию, явно новому, выполненному с применением современных технологий и состоящему сплошь из зеркальных пластин-окон. Располагалось это чудо архитектуры на огороженной забором территории, въезд на которую был ограничен. К слову, мы смогли проехать мимо солидных представителей здешней охраны только после предъявления пропуска. Остановились на парковке недалеко от входа. От разглядывания небольшого и уютного парка перед зданием меня отвлекла открывшаяся дверь внедорожника с моей стороны. Увиденное заставило замереть в ожидании. Несмотря на высокую посадку, пассажир с переднего сидения возвышался над автомобилем во весь свой двухметровый рост и внимательно рассматривал моё лицо, как будто сверяясь или внутренне закрепляя увиденное. Запоминал, что ли? Мужчина на вид был очень суров, даже немного грозен. При взгляде на него намерения шутить, даже если бы и были, испарялись напрочь. Одной рукой он держал дверь автомобиля, а другую протягивал мне в помощь. Посчитав, что отказ может вызвать негодование этого индивидуума, я решила не глупить, искушая судьбу, вложила ладонь в лапищу и с тихим «спасибо» спрыгнула на асфальт. |