Книга Братья Мятеж, страница 47 – Лин Эфа

Закончив с осмотром, решила принять душ. Смыть с себя ночной стресс, а заодно прогнать сон. Что не говори, а спала я очень плохо. Впрочем, как обычно. Ополоснувшись, нашла в шкафчиках белоснежные душистые полотенца. Завернулась в одно из них и вышла. За дверью уже стоял Платон. Он жадно осмотрел каждый сантиметр моего тела. Мне стало душно, губы пересохли. Срочно захотелось пить. Или наброситься на него самой.

— Ты такая красивая. — хриплым голосом произнёс Мятеж и сглотнул.

— Спасибо. — смутилась я, подходя к окну. Следовало бы пойти одеться, но я не спешила.

— Тебе нравится здесь? — спросил Платон. Совсем рядом со мной. Я покрылась мурашками от его грудного голоса.

— Очень. — честно ответила, — Это правда, что оборотень встречает пару на всю жизнь? Что готов на все ради неё, что верен до конца. Правда, что пишут о вас в книгах, будто вы влюбляетесь практически мгновенно. — задала вопрос, не оборачиваясь.

— Да. Я же говорил. Для нас это важно. Пара ценнее всего. Но не каждому волку повезло, как мне. Многие умирают, так и не найдя свою единственную. — какой же хриплый голос у него был. Он стоял позади меня. Всего в паре шагов, а может и ближе.

— Что ты почувствовал, когда понял, что я твоя? — мне хотелось знать, о чем он думает.

— Радость, эйфорию, счастье, наполненность. Жажду сделать своей. Неконтролируемое возбуждение. Желание любить и отдавать. Беречь и защищать. Создать крепкую семью. Раствориться в тебе. Дышать только тобой. Для тебя, ради тебя. — начал он почти шепотом, — Для оборотня нет ничего дороже, чем обрести свою истинную. Когда мы находим свою Луну, мы становимся полноценными. Без пары, мы словно черствые, циничные оболочки. Только в паре мы проживаем настоящую жизнь. Мы никогда не влюбляемся до. Страсть. Симпатия — это все есть. Но любовь бывает только один раз. И если оборотень не обрёл свою половинку, он никогда не узнает, что такое любить. Проживать яркую, наполненную эмоциями жизнь. — на секунду он умолк, — Я не хочу жить без тебя, Вероника. Не хочу больше расставаться с тобой. Очень жаль, что ты не оборотень. Не можешь чувствовать то же, что и я. А мне будет сложно передать словами то, что творится внутри меня, рядом с тобой. Но я могу показать, хотя бы часть, если ты позволишь.

Я медленно повернулась, встречаясь с ним взглядом. Его глаза были тёмными, зрачки расширишь настолько, что практически не было видно радужки. Вены на шее и лбу вздулись. Он тяжело дышал. Губы слегка приоткрыты. Было понятно, что ему сложно держать себя в руках, но он старался. Ради меня, потому что я этого хотела.

— Если я сейчас тебя поцелую. Для меня не будет пути обратно? — очень тихо спросила. Сама не понимая, зачем. Ведь и так все решено.

— Для тебя уже нет пути назад. Я тебя не отпущу. Просто не могу. Не хочу. Это причиняет мне боль. Волк внутри изнывает от тоски. Постоянно рвётся на волю и мчится к тебе. Я больше не в силах это сдерживать. Перестал спать. Кидаюсь на членов стаи. — признался он, — Все, о чем я прошу, хотя бы переехать ко мне. Обещаю, что не прикоснусь к тебе, пока ты не попросишь. Если готова только к поцелуям, так и будет. Даю слово.

Его ответ попал точно в цель. Ломая все оставшиеся сомнения, и я решилась. Приблизившись к нему, встала на цыпочки. Взяв одной рукой шею, притянула к себе. Целуя сначала не смело, а затем углубляя поцелуй. Платон приглушенно застонал, обхватив одной рукой мой затылок. Слегка прикусив мою нижнюю губу, потом верхнюю. Немного пососал язык, тут же лаская его. Голова пошла кругом. Я начинала заводиться. Нет, даже не так. Я зажглась, как спичка от его страсти ко мне.