Книга Я хочу твою шкуру, дракон! или Верните всё обратно!, страница 82 – Маруся Хмельная

Вынес он приговор, когда остальные драконы что-то возмущенно кричали и тыкали в сторону Кантора. Создавалось впечатление, что они недовольны столь мягким приговором, озвученным Фейхейе.

Староста тут же шепнул кому надо, чтобы не злили драконов, и Кантора попросили вернуться на дилижанс. Подал голос магистр Сухариэриел:

— Позвольте я вернусь с Кантором обратно, но прежде я бы хотел встретиться с магистром Эарендуаром. Это займет несколько часов, а потом мы покинем ваши земли. Это возможно?

— К сожалению, магистр Эарендуар покинул нас на некоторое время. В последнее время его медитации становятся все дольше и дольше. Недавно он отсутствовал в астрале три недели. Сегодня всего лишь пятый день его ухода к иным материям в этой бренной жизни, — скорбно возвестил староста.

— Пятый день… значит, как минимум еще две недели, — призадумался эльф. — Хорошо, тогда наша встреча с магистром состоится в другой раз. Не смею задерживаться.

Сухариэриел подтолкнул Кантора, который не сводил с меня горящих глаз, в сторону дилижанса. Кантор хотел что-то сказать, но, встретившись со всеобщим осуждением, мудро промолчал, лишь бросив на меня выразительный взгляд.

Я проводила его взглядом, повернулась к Ашшуру, желая что-то сказать, но слова застряли в горле. Ашшур, отвернувшись, трясся. И не от возмущения, как можно было подумать. А от смеха!

— Ты! Это подстроил ты! — обвинила я его.

— Да, — просто признался он. — Ну прости, он будет только мешать и путаться под ногами. На своей земле соперников я не потерплю.

Но, так как я стояла обиженная, дракон заходил кругами.

— Фей, ну сама подумай, его присутствие тебя стесняет, ты бы все время на него оглядывалась и боялась причинять ему боль. Чувствовала себя виноватой и от этого была бы несчастна. А я хочу видеть тебя открытой и счастливой.

В его словах была правда. Я не смогла бы расслабиться в присутствии Кантора и боялась причинить ему боль.

— Все равно это было нечестно, — надулась я.

— Признаю. Но если дело касается тебя, нас — мне плевать. Я коварный и вероломный драконище, который не выпустит добычу из своих лап, — шутливо говорил Ашшур. — Ты мое сокровище, и я хочу, чтобы ты была счастлива. Если Кантор тому препятствие — значит, Кантор будет устранен.

Я вздохнула. Видя это, дракон серьезно сказал:

— Когда я думал, что Кантор может сделать тебя счастливой, я скрепя сердце отступил. А он не смог. Значит, больше никаких Канторов. И никаких Трамарисов, фениксов, орков и кого-либо еще, дорогая.

Дракон властно притянул меня к себе и крепко обнял. И не буду кривить душой, утверждая, что это вызвало во мне возмущение и негодование.

Староста с подручными увел за собой представителей нашей делегации, остались только мы с Ашшуром и драконы. И когда все разошлись, драконы с Фейхейе во главе сняли с себя маски высокомерных снобов и, радостно галдя, направились в сторону Ашшура. И я поняла, что они, по сути, все еще очень молоды.

Фейхейе первым подошел к нам с Ашшуром с широкой улыбкой, остальные встали в отдалении, словно в очереди. Фейхейе крепко обнял Ашшура, тот похлопал его по спине. Судя по тому, как они переглядывались и с каким интересом Фейхейе косился в мою сторону, они общались мысленно. Вот засада! Я потянула Ашшура за руку, в которой он держал мою ладонь.