Книга Заказ на фею, страница 118 – Маруся Хмельная

— Всё хорошо, Кеган, – погладила я его по голове, как ребёнка, успокаивая. – Мы тебя убили и воскресили, – подбодрила я его.

— Больше никогда так не делай, – расслабленно откидывая голову и хмельно улыбаясь, сказал Кеган.

— Ого. Кегана подменили, вместо ворчуна нам подкинули весельчака. Видел, Эрган?

Кеган рассмеялся и, обнимая, притянул меня, повалив к себе на грудь.

— Иди сюда.

Второй рукой он повалил и Эргана. И мы так и лежали втроём в обнимку в куче мала, измазанные в грязи и крови, истерично смеясь и хохоча. А потом я разрыдалась. Специально. Чтобы успокаивая меня, все скинули нервное напряжение.

На наш смех и мои рыдания сбежались остальные и присоединились  к нашей куче, радуясь за товарища и благодаря меня.

— Прости меня, фея. Благодарю за спасение. Я обязан тебе жизнью, – отыскав меня, наедине сказал Кеган.

Я кивнула, принимая.

— Извинения принимаю. Но ты мне ничем не обязан. Это моё предназначение.

— Тебе правда нравится быть феей жизни и света? – серьёзно спросил Кеган.

— Да, – честно ответила я. – Я была феей даже там, дома, в своём мире. Только сил таких как здесь, у меня не было.

— Хорошо. Я буду на твоей стороне, что бы не случилось, – сказал Кеган.

Глава 36

А вскоре четрыстор Радонар сам пришёл за мной.

Он появился неожиданно. Мы расслаблялись на привале после очередной встречи с нежитью, с которой мы теперь встречались по несколько раз на дню. Я уже почти на равных участвовала в бою, правда, больше отпугивала, чем убивала. Всё-таки убивать и ранить живых существ было нелегко. Даже если я злилась за нападение, какая-то часть души всё равно их жалела.

И вот он появился с краю поляны и направился к нам. Мои спутники вскочили и выхватили оружие. Все напряжённо смотрели на приближающегося четрыстора. Смотрела во все глаза и я.

Его внешность была одновременно притягательна и вызывала отвращение. Так смотришь иной раз на нечто отвратительное, но не можешь отвести взгляд. Бледная, почти серая кожа, под которой просвечивали тёмные рисунки вен. Длинный мясистый нос, мясистый рот с полными тёмно-бордовыми, почти коричневыми губами, чёрные полудлинные волосы, спадавшие на глаза. Которые были самым притягательным на лице. Абсолютно чёрные, почти без белка. При этом такие живые, словно в этой тёмной клетке заперты все эмоции мятежного духа, желающего вырваться на свободу.

И это притягивало, хотелось рассматривать и поймать ускользающие яркие ощущения при взгляде на него. Всё какое-то неправильное, не так слепленное горе-скульптором, который в этот момент либо отвлёкся на что-то другое, либо ваял в невменяемом состоянии. Но при этом всё это неправильное ожило чем-то ярким, беспокойным, необузданным. И эта жизнь, запертая внутри уродского, манила к себе как огонь мотылька.

— Ну как, нравлюсь? – обратился ко мне с вопросом четрыстор. Не было в его вопросе кокетства и сарказма, чисто вопрос.

Поэтому я ответила так же. Не хватало мне ещё зла во плоти во врагах.

— Притягательны до ужаса. Или ужасно притягательны.

Толстые губы растянулись в ухмылке.

— Что тебе надо, Радонар? – невежливо спросил Эрган.

— Вообще-то для тебя я достопочтенный Радонар. Забываешься, нижний.

— Ты перестал быть достопочтенным, с тех пор как решился ввязаться в дела нашего уровня и принять чью-то сторону.