Книга Шаг вперёд, два шага назад, страница 67 – Маруся Хмельная

— Я могу выйти?! — истерично заорала я, и чуть кубарем не вывалилась из машины, потому что зверь ослабил хватку и открыл дверь с моей стороны, протянув руку через меня.

А я чуть не завизжала от отвращения, почувствовав его тяжесть на себе.

Я оказалась в снежной грязной каше, дверь громко захлопнулась, а через несколько секунд машина резко стартанула и с визгом умчалась подальше от меня.

«Надо же, чудовище обиделся», — злилась я на весь свет, отряхивая пальто от грязи. Дома, от пережитого стресса, расплакалась в ванне. Ну за что, за что он попался на моём пути?

Утро принесло новости.

— Отбой, — весело заявила Нина в трубку. — Нет никакого чудовища. А так хотелось! Есть только огромная одичавшая собака, выброшенная хозяевами на улицу. Камера всё показала. Нападение было совершено посередине площадки, прямо под фонарем. Собака набросилась на алкаша, который рылся в ящиках, выставленных из магазина на улицу. А потом оттащила за угол. Ты бы видела, ужасное зрелище. Собаку уже нашли и пристрелили. Хозяев тоже. В смысле нашли. А не пристрелили, — хихикнула Нина. — Хотя их тоже можно было, это ж надо было такое чудовище бросить на улице. Одичала за пять месяцев, оголодала. Она уже нападала на людей, но всё обходилось, пошумели-пошумели, да успокоились. Кстати, мужик этот — просто редкостный везунчик. Жив остался, представляешь? Она прогрызла ему горло прямо в миллиметре от сонной артерии, врачи все в шоке. И кровопотерю смогли вовремя восполнить. Вот говорят, всё-таки, алкашам везёт. Теперь он просто обязан завязать.

Нина ещё дополнила свой рассказ красочными подробностями, взяла с меня слово увидеться сегодня, и попрощалась.

Как мне было не тяжело, я набрала чудовище. Хотя была мысль не звонить, оставить как есть. И тогда, может, на этом всё закончится? Он исчезнет из моей жизни? И всё забудется как сон? Но это было несправедливо.

А я сама вчера так много распиналась о справедливости. По отношению к Стасу, по отношению к себе. Но не по отношению к нему? Потому что он чудовище? Человек-зверь? Из-за этого я могу с ним обращаться как хочется мне, эгоистично, незаслуженно, не как с человеком, а как с животным? Чем я тогда лучше его? Может, он вообще в сто раз лучше и благородней меня или Стаса, я ведь ничего о нём не знаю!

Хотя нет, тут я хватила лишку. Я вспомнила его взгляд, пустой и затягивающий, как бездна. Он не хороший, он страшный. И тем не менее, я к нему необъективна. И в данном случае, предвзята.

Я набрала раз, второй, третий, он не брал трубку. Пришлось ехать. По дороге я включила автодозвон, и, наконец, он ответил. Голос был равнодушный.

— Я хочу извиниться, — сказала я сразу. — Я ошиблась. Ты сказал правду. Но тем не менее, у меня были причины так думать. И ты бы на моём месте подумал также. Даже Нина сразу про тебя вспомнила!

— Нина меня не знает.

— Вот про это я и хотела бы с тобой поговорить. Вся проблема в том, что я тоже тебя не знаю. И хочу это исправить.

— То есть? — зверь насторожился, а я порадовалась оживлению в его голосе.

— Я сейчас приеду — и не говори мне, что не надо! — и мы поговорим.

— Хорошо, надо так надо, — вздохнул он и отключился.

Я поднялась к нему в пентхаус. Он встретил меня в драных линялых джинсах, которые сейчас так модны, и розовой рубашке, застёгнутой на пару пуговиц. На его мощной фигуре она выглядела не смешно, а стильно. На шее висели несколько цепей разной длины, на руке временами посверкивал браслет.